БОЛШЕВСКИЙ ДЕТСКИЙ ПОСЁЛОК

БОЛШЕВСКИЙ ДЕТСКИЙ ПОСЁЛОК (1918-1928): К ИСТОРИИ СОЦИАЛЬНОГО ВОСПИТАНИЯ В СОВЕТСКОЙ РОССИИ

Бельская Светлана Андреевна

В статье реконструируется история Болшевского детского посёлка, существовавшего на территории современного города Королёва в первые годы советской власти. Исследование основано на архивных источниках, большая часть которых впервые вводится в научный оборот.

Согласно передовым педагогическим взглядам первых советских лет, семейное воспитание, считавшееся пережитком прошлого, с развитием социалистического общества должно было полностью вытесниться общественным (социальным). В стране массово создавались учреждения интернатного типа, где дети (в первую очередь беспризорные) могли жить, учиться и получать трудовые навыки. В ряду таких учреждений оказался и организованный близ ст. Болшево Северной железной дороги (отсюда – название «Болшевский») детский посёлок – «цикл детских домов, начиная от грудного возраста до школы высшего типа»[1].

Предполагалось, что «вступив в посёлок с пелёнок, [воспитанники смогут] пройти в нём все ступени образования, получив при этом максимум знаний, и выйти из него вполне приготовленным и приспособленным к новым  коммунистическим формам общественной жизни»[2].

Посёлок создавался «в уездном масштабе»[3] и планировался как «центральный», поэтому для его устройства был выбран приют «на 166 чел. детей при селе Болшеве Мытищинской волости» с лучшими в уезде условиями. «Расположенный в очень красивой сухой высокой местности, в отдалении от села, он со своими двумя большими зданиями, мог быть легко приспособлен под школу-интернат с ремесленными мастерскими»[4].

Два больших здания в отдалении от села, упомянутые в документе, ранее принадлежали Яковлевскому приюту. Это заведение было создано в 1874 году для нищенствующих и бродяжничающих девочек. Поначалу приют располагался в Болшеве, а позднее – недалеко от села, на краю Комитетского леса[5], где вырос целый комплекс зданий: два крупных корпуса с жилыми и учебными комнатами, лазарет, хозяйственные постройки.

Георгий Зайцев. У Яковлевского приюта. 1998 г.
Картон, масло.
Музейное объединение «Музеи наукограда Королёв»

В 1916 г. заведение для нищенствующих и бродяжничающих девочек закрылось[6], а его здания отошли Московскому комитету по оказанию благотворительной помощи семьям лиц, призванных на войну. В одном из них разместили приют для мальчиков и девочек от 8 до 16  лет, в другом – приют для девочек от 8 до 16 лет. Территория, хозяйственные постройки, лазарет находились в общем пользовании. Скорее всего, и формально заведение было одно (оттиски печати приюта сохранились на документах 1918 г.), а такое разделение было особенностью структуры заведения (вероятно, в одном из зданий продолжали жить бывшие воспитанницы Яковлевского приюта, в другом – поселили «новых» детей обоего пола).

Оттиск штампа Болшевского приюта Московского комитета по оказанию благотворительной помощи семьям лиц, призванных на войну. 1918 г. 
ЦГА МО Ф.3981 Оп.4 Д.1 Л.16

В июле 1918 г. болшевские благотворительные заведения перешли в ведение Московского уездного отдела социального обеспечения. Под руководством заведующей отделом Н.А. Леонтьевой в приютах был «проведён ряд мероприятий, вытекающих из требований нового строя жизни», в т. ч. «видоизменены штаты личного состава служащих»[7].

Оттиск штампа Болшевского детского посёлка. 1918-1920 гг. 
ЦГА МО Ф.3981 Оп.4 Д.1 Л.1

За сухим канцелярским языком документов стоят человеческие судьбы. В фонде Московского губернского революционного трибунала Центрального государственного архива Московской области (ЦГАМО) хранится «Дело Болшевского приюта, о незаконном пользовании продуктами и непризнании Советской власти А.В. Кретбер» (правильно –А.В. Крубер) и А.В. Якуниной». Антонина Владимировна Крубер заведовала смешанным приютом от 8 до 16 лет. Якунина Александра Владимировна  – приютом для девочек от 8 до 16 лет. В архивном деле – сто с лишним листов. В числе судебных делопроизводственных документов – благодарственные письма к А.В. Крубер и А.В. Якуниной от бывших воспитанниц и их родственников, отзывы коллег (обе женщины работали в Болшеве еще со времен Яковлевского приюта). Следствие было прекращено «в виду недоказанности предъявленных обвинений»[8], но главное было сделано: вместо представителей «социально чуждых» пролетариату слоёв заведующим стал «рабочий-коммунист из Болшевской ячейки»[9].

Помимо изменений в штате, с 15 сентября и до конца 1918 года Отделом были проведены работы по благоустройству зданий и территории приюта. Так, например «центральное отопление, вновь установленное в спешном порядке в одном из помещений <…>, позволило сразу увеличить число мест на 80»[10].

 Для устройства «показательного хозяйства» Постановлением Московского уездного земельного отдела Болшевскому детскому посёлку было предоставлено бывшее имение Р.И. Прове при селе Максимкове, включавшее в себя две тёплые дачи, большой летний дом и 20 десятин пахотной земли.[11] В дачах разместили Дом ребёнка на 60 детей от рождения до 4 лет. Младенцы находились  под постоянным присмотром врача-специалиста по искусственному вскармливанию.

 В зданиях Яковлевского приюта проживали дети школьного возраста. Там же устроили мастерские, где мальчики и девочки обучались столярному делу и портновскому ремеслу. При Болшевском детском посёлке была своя школа I ступени (с осени 1918 г. находилась в ведении органов народного образования), где наряду с общими предметами детям преподавали пение, рисование, игру на рояли и скрипке, ритмическую и физическую гимнастику. В программу вводились экскурсии, беседы, «чтения с фонарём».

Несмотря на общую нехватку медицинского персонала в уезде, при детском посёлке, в здании лазарета Яковлевского приюта, была устроена медицинская часть с тремя палатами, «с фельдшерицей и сёстрами»[12], изолятором и хорошо оборудованной аптекой».

В Посёлке постоянно проживал детский врач и работал стоматолог. Другие специалисты приглашались в случае необходимости.

На время полевых работ всех воспитанников переводили в Максимково и размещали в большом летнем доме. Дети участвовали в запашке под весенние посевы, ухаживали за огородом и парниками. В условиях нарастания продовольственного кризиса обучение сельскохозяйственным работам было не только частью трудового воспитания, но и жизненной необходимостью.

Декретом СНК РСФСР от 2 декабря 1920 г. вопросы опеки и попечительства были переданы из комиссариата социального обеспечения в комиссариат просвещения. Болшевский детский посёлок, соответственно, перешёл в ведение Московского отдела народного образования (МОНО). Эти меры призваны были оптимизировать работу, но голод в Поволжье привёл к тому, что беспризорность в стране приобрела характер стихийного бедствия. Для приёма детей из голодающих губерний в срочном порядке открывались новые учреждения, в имеющихся – в разы увеличивалось число подопечных. Показательны следующие цифры: на 1 января 1921 г. в стране было 7087 детских домов (242 – в Московской губернии), в которых проживало 349503 детей; 1 июля 1921 г. – 7894 дет. домов, 400223 детей; 1 января 1922 – 11583 дет.домов и 695000 детей[13]. В Болшевском детском посёлке на 12 сентября 1921 года находилось 332 воспитанника и 101ед. штата[14] – самое большое число детей и служащих за всё время существования учреждения.

Оттиск печати Болшевского детского посёлка. 1918-1920 гг. 
ЦГА МО Ф.3981 Оп.4 Д.1 Л.12

По данным на первое полугодие 1922 г. в Посёлке проживало уже 254 ребёнка. Из них 44 – дошкольники, 210 детей школьного возраста (205 чел. – учащиеся I ст., 5 чел. – II ст.). Интересно, что только чуть больше половины подопечных (132 чел.) были круглыми сиротами. Остальные – полусироты и дети из полных семей.

Заведовал учреждением с 4 апреля 1919 г. и, по крайней мере, по февраль 1923 г. Л.З. Трушкин (с 1 января 1921 года он возглавлял ещё и подотдел охраны детства УОНО). Штат составлял 59 чел. и распределялся следующим образом: педагогический состав – 22 чел., технический персонал – 29, работники сельского хозяйства – 6, завхозы – 2. Медперсонал отсутствовал. Хозяйство включало в себя 17 дес. пахотной земли и 1,5 дес. огородной, 6 лошадей, 17 ед. рогатого скота и 5 ед. прочей живности [15].

Постановлением СНК РСФСР от 30 августа 1923 года все учреждения социального воспитания фактически перешли на содержание местных бюджетов. Сокращение финансирования привело к массовому закрытию детских домов, в оставшихся – ухудшились условия. Для Болшевского детского посёлка отголоском указанного Постановления стала потеря в 1924 году территории Яковлевского приюта: вместо специально построенных для детей капитальных зданий Посёлку были предоставлены две дачи в Комитетском лесу, в т.н. Тихоновке (топоним был «народным», произошёл от фамилии бывшего владельца одной из дач, точное местонахождение неизвестно).

На 19 декабря 1924 г. в Посёлке проживало 111 детей. При этом лишь 44 ребёнка имели документы о рождении[16]. У остальных были только анкеты и личные карточки – традиционные для детских учреждений документы учёта.

На 26 октября 1925 г. значилось 120 детей[17].

На 19 февраля 1926 г. – 150[18].

Сведения о жизни, учёбе, досуге воспитанников Болшевского детского посёлка обрывочны. Дети учились в двух школах – при фабрике им. Сталина и Болшевской школе I ступени. Занятия проходили в две смены.

В Посёлке был Пионерский отряд (138-й отряд юных пионеров Московского уезда).

Бельская Светлана Андреевна, научный сотрудник, отдел «Усадьба Костино» музейного объединения «Музеи наукограда Королёв».

Продолжение следует..

Статья опубликована в научно-информационном журнале «Культурное наследие России» №4 (октябрь-декабрь) 2019 г. http://kultnasledie.ru/archive

Источники:

[1] Доклад об организации Болшевского Детского посёлка Московского уездного отдела социального обеспечения // ЦГА МО. Ф. 124 Оп. 1 Д. 64 Л. 2

[2] Там же

[3] Отчёт Московского уездного отдела социального обеспечения за 1918-1919 гг. // Там же. Ф. 968 Оп. 1 Д. 2, Л. 10

[4] Там же. Ф. 124 Оп. 1 Д. 64 Л. 2

[5] До Октябрьской Революции часть земель на терр. совр. г. Королёва принадлежала Московскому попечительному о бедных комитету Императорского человеколюбивого общества. Память о комитете закрепилась в городских топонимах (ул. Комитетский лес, Комитетская, Большая Комитетская, Малая Комитетская)

[6] Показания Александры Владимировны Якуниной // ЦГА МО. Ф. 4612 Оп. 1 Д. 156 Л. 69. История приюта описана в книге Р.Д. Позамантир, Л.К. Бондаренко. Калининград-Королёв. К космическим высотам из глубины веков. М. «Московский журнал». 1998. С. 31-32. Год закрытия заведения приводится впервые.

[7] Отчёт Московского уездного отдела социального обеспечения за 1918-1919 гг. // ЦГА МО. Ф. 968 Оп. 1 Д. 2 Л. 6-7

[8] Выписка из протокола [судебного заседания] // ЦГА МО. Ф. 4612 Оп. 1 Д. 156 Л. 1

[9] Отчёт Московского уездного отдела социального обеспечения за 1918-1919 гг. // Там же. Ф. 968 Оп. 1 Д. 2 Л. 54-55

[10] Там же. Л. 14

[11] Доклад об организации Болшевского детского посёлка Московского уездного отдела социального обеспечения // Там же. Ф. 124 Оп. 1 Д. 64 Л.2

[12] Отчёт Московского уездного отдела социального обеспечения за 1918-1919 гг. // ЦГА МО. Ф. 968 Оп. 1 Д. 2 Л. 46

[13] Статистические сведения о количестве детских домов и воспитателей в них по губерниям и ведомствам в 1922 г. // ГА РФ. Ф.1575 Оп.3 Д.168 Л.2-4

[14]  Список детей и служащих в Болшевском детском посёлке на 12 сентября 1921 г. // ЦГА МО. Ф.966 Оп.1 Д.335 Л.136-139

[15] Там же. Л.62

[16] Отчёты о состоянии Болшевского детского посёлка за 1924-1926 гг. // Ф.4424 Оп. 1 Д.107 Л.32

[17] Там же. Л. 67

[18] Там же. Л. 89

Читайте также:

Добавить комментарий

Войти с помощью: