Коммерческая деятельность Сапожниковых

Продолжаем публикации в сокращениях главы из книги Н.А.Некрасова и Г.И.Маношкиной «Сапожниковы. Московские фабриканты»:

 http://historykorolev.ru/archives/9093 Род Сапожниковых. Гл.1. ч.1.

http://historykorolev.ru/archives/9259. Род Сапожниковых. Гл.1. ч.2. Судьба детей.

http://historykorolev.ru/archives/9431 Семейная жизнь Сапожниковых. Гл.2. ч.1

http://historykorolev.ru/archives/9508 Жизнь Сапожниковых во времена лишений и невзгод. Гл.2. часть 2

Переехав из Углича в Москву в конце ХVIII века представители рода Сапожниковых занялись торговлей мануфактурой (тканями), то есть перепродавали уже готовые изделия. Известно, что в 1797 году основатель этого московского купеческого рода – Григорий Иванович поставил для отделки внутренних интерьеров комнат Останкинского дворца принадлежащего графу Н.П. Шереметеву пунцового бархата на 588 рублей[1]. . Но на этой коммерции, ни он, ни продолживший дело сын Григорий, большого капитала не заработали и выше купеческой третьей гильдии не поднялись.

Наконец, внук основателя – Григорий Григорьевич Сапожников, взявший в свои руки торговое дело деда и отца, решил рискнуть, вложил накопленный капитал в собственное производство и не прогадал.

Основание Г.Г. Сапожниковым в Москве шелкоткацкой фабрики

Долгое время считалось, что годом основания московской шелкоткацкой фабрики Г.Г. Сапожникова является 1837 год. Об этом говорится в выпущенной в начале ХХ века книге Ч.М. Иоксимовича «Мануфактурная промышленность в прошлом и настоящем», а также изданиях, посвященных российским мануфактурным выставкам середины – конца ХIХ века. Но совсем недавно были обнаружены архивные документы, вносящие поправку в это утверждение.

В статье Е.В. Поляковой «Царские ткани фабрики Сапожниковых», опубликованной в 2016 году, указывается более точная дата. Из найденных автором статьи бумаг следует, что Г.Г. Сапожников приобрел домовладение на Красноворотской площади только 7-го сентября 1838 года. А первое официальное упоминание о фабрике в его собственности опубликовано в Ведомостях от 25 ноября 1838 года. В нем говорится, что московский 3-й гильдии купеческий сын Григорий Григорьев Сапожников в своём доме Басманной части, 1-го квартала имеет шелковую ткацкую фабрику (без лавки) с числом рабочих 30 человек. Свидетельство на фабрику от Московского градского общества Григорию Сапожникову было выдано 23 декабря 1838 года. И чтобы окончательно утвердить 1839 год – как первый год деятельности шелкоткацкой фабрики Г.Г. Сапожникова, в статье приведен текст прошения, написанного в 1850 году уже вдовой Верой Владимировной Сапожниковой, в котором она указывает, что годом основания фабрики в Басманной части, 1-го квартала, является 1839 год.

Что же касается сведений о том, что Григорий Сапожников начал самостоятельно вырабатывать шелковые материи в 1837 году, то можно лишь предположить, что в указанное время он взял в аренду фабрику, принадлежащую другому владельцу, и на ее оборудовании начал своё производство. Убедившись в прибыльности самостоятельного изготовления тканей, Григорий Сапожников решился стать фабрикантом.

Образование и начало работы фабрики. Первый успех ее изделий

Красноворотская площадь. №32 — домовладение Г.Г.Сапожникова.
Фрагмент Атласа Хотиева. 1852 г.

Итак, осенью 1838 года Григорий Григорьевич приобрел домовладение в Басманной части, 1-го квартала, под № 32. Помимо жилых господских построек, на территории городской усадьбы располагались еще три одноэтажных, деревянных здания. Два из них были нежилыми, а одно предназначалось для жилья. Видимо эти строения и были первоначально приспособлены для размещения в них ткацкого и другого оборудования, а также для жилья ткачей и других рабочих[2]. (4). Но этих строений было явно недостаточно для развития производства и скорее всего в том же 1838 году или в следующем 1839, в домовладении Г.Г. Сапожникова было построено еще два здания: двухэтажное, низ каменный, верх деревянный; и одноэтажное деревянное. Каким образом Григорий Сапожников основал свою первую фабрику, можно только догадываться. Возможно, он нанял ткачей с других фабрик, а может быть, договорился с кустарями – одиночками. Купив небольшую городскую усадьбу, он разместил в нескольких ее помещениях оборудование, закупил необходимый материал, получил разрешение от местных властей на открытие производства и приступил к работе.

Сначала на фабрике работало тридцать ткацких станов. С их помощью изготовлялись шелковые ткани различного предназначения. Получаемый товар Григорий Сапожников продавал в своей лавке. Производить шелковые ткани оказалось гораздо дешевле, чем покупать их у других изготовителей. Торговые дела Сапожникова пошли гораздо лучше. Он быстро богател.

Григорий Григорьевич Сапожников

Григорий Григорьевич придавал особое значение качеству выделываемого на его фабрике товара. Ведь он, с первого года работы производства, начал выставлять свои изделия на различных выставках. В мае 1839 года ткани его фабрики были выставлены на 2-й Российской Мануфактурной выставке в Санкт-Петербурге. Среди образцов были представлены: марселин трех видов – броше, клетчатый и полосатый /тонкая, но плотная ткань из шелка/; левантин переборных цветов /шелковая ткань затканная золотом/; атлас /шелковая ткань с гладкой блестящей поверхностью/; и фуляр /тонкая шелковая ткань для платков/ [3].

Представленные на выставку качественные, добротно исполненные ткани принесли Сапожникову первый успех. По ее итогам, он был удостоен золотой медали для ношения на шее, на Аннинской ленте [4].  Но главным итогом участия фабрики Г.Г. Сапожникова было то, что на ее продукцию обратили внимание представители придворного ведомства.

11 июня 1839 года министр финансов показал императору Николаю I изготовленные мастерами сапожниковской фабрики, по избранным императрицей заграничным образцам, два куска ткани марки «гроденапль» (сорт легкой шелковой материи, впервые изготовленной в Неаполе). Ткань была тут же приобретена для Императорского Двора за 198 рублей ассигнациями [5]. С этой продажи началось длящееся более 75 лет сотрудничество трех поколений фабрикантов Сапожниковых с придворным ведомством. С первого года существования фабрики, Григорий Григорьевич, а затем его сыновья и внук, стали поставщиками министерства Российского Императорского Двора.

Ну, а когда в 1840 году Григорий Григорьевич породнился с богатыми и влиятельными купцами Алексеевыми, дела на его предприятии пошли еще лучше. После того, как высокое качество шелковых изделий фабрики Сапожникова было подтверждено в 1841 году на выставке в Варшаве и их вновь по достоинству оценили и представители императорской семьи, Григорий Григорьевич получил заказ на изготовление тканей для обивки мебели и портьер для «желтой гостиной» Павловского дворца в окрестностях Санкт-Петербурга. Материалом для этого послужила изготовленная на его фабрике шелковая штофная ткань с крупным рисунком.

Участие в выставке Российских мануфактурных изделий 1843 года

Эти ткани были выставлены и на 3-й Московской выставке российских мануфактурных изделий, открывшейся 24 мая 1843 года в здании Благородного собрания. Зал № 5 был предназначен для демонстрации вырабатываемых в России шелковых материй и, среди прочих присутствовала и продукция фабрики Г.Г. Сапожникова. В специально изданном к этому событию Указателе было напечатано:

Сапожникова Григория Григорьева, Московского 2-й гильдии купца. В Москве, в Басманной части, в собственном доме; рабочего народа при доме 65, а в Богородском уезде 230 человек; сумма годового производства 230 тысяч рублей серебром. Атлас разных цветов. Шелковая материя. Бархат. [6]

В зале № 6 также были размещены материи, произведенные на Сапожниковской фабрике. Здесь были представлены образцы следующих тканей: парча /ткань из шелка с узорами золотой или серебряной нитью/, бархат /ткань из шелка с разрезанным ворсом/, глазет /сорт парчи с шелковой основой и утком из серебряной или золотой нити/, насыпь /гладкая шелковая ткань/ и фризе /шелковая ткань с плюшевой поверхностью/. В Указателе помимо фабрики в Москве Сапожникову приписывался еще и рабочий народ в Богородском уезде. Можно предположить две варианта использования Григорием Григорьевичем труда такого большого количества рабочих. Возможно, что он арендовал часть шелкоткацкой фабрики при селе Хомутово Богородского уезда /современный город Щелково Московской области/, принадлежащую местным купцам 2-й гильдии братьям Лаптевым, один из которых – Илья Ларионович  (1810-1856), был женат на Глафире Григорьевне, урожденной Сапожниковой. Вот на этом-то предприятии на него и трудилось 230 рабочих. Однако возможно и другое объяснение. В зимнее время не занятое сельскохозяйственным трудом, многие крестьяне Московской губернии занимались кустарным промыслом. Не были исключением и крестьяне, живущие в поселениях Богородского уезда. С московской фабрики Григория Сапожникова им предоставлялось сырье в виде мотков шелковой нити-сырца, и они, в своих избах, на имеющемся оборудовании выполняли определенную работу, после которой отвозили готовую продукцию опять на фабрику. Таким образом, на Григория Григорьевича могло работать 200 человек и более.

В Атласе промышленности Московской губернии, составленном Л. Самойловым и изданном в 1843 году, по фабрике Г.Г. Сапожникова были указаны несколько иные сведения, чем в Указателе к 3-й выставке. Из содержания Атласа следовало, что на фабрике Сапожникова было установлено ручных станов – 60, жаккардовых машин – 60, которые обслуживало 100 рабочих, а сумма годового производства составляла – 80.377 рублей 14 копеек серебром. На фабрике изготавливались парча, глазет, бархатель и шёлковая материя.

Расширение фабрики

Дорогой по стоимости заказ для Большого Кремлевского дворца, на протяжении нескольких лет приносил хорошую прибыль, которая дала возможность Григорию Григорьевичу расширить свою промышленную базу. В 1844 году его соседке по московскому домовладению у Красных ворот, жене иркутского купеческого сына Екатерине Ивановне Медведниковой срочно потребовались деньги. Соседи быстро договорились, и Сапожников приобрел примерно одну четвертую часть ее земельного участка выходящую на Жеребцовский переулок. В июне 1844 года он получил разрешение на строительство на вновь приобретенном участке двух новых строений для фабрики. Одно из них было двухэтажное, низ каменный, верх деревянный, а второе одноэтажное деревянное.

Фрагмент шёлковой ткани фабрики Г.Г.Сапожникова. Из фондов ГИМ.

На протяжении 1845 – начала 1847 годов на территории старого и вновь приобретенного домовладений, Сапожниковым были построены еще несколько двухэтажных зданий, у которых первый этаж был каменный, а второй деревянный. Все они предназначались для фабричных нужд.

Григорий Григорьевич не только расширял производство, но и старался модернизировать технологический процесс, вследствие чего улучшалось и качество товара. Он постоянно искал способы усовершенствования станков на своей фабрике. В 1845 году Сапожников изобрел механизм для тканья узоров на материи, и его делу была дана 10-летняя привилегия [7]. В том же 1845 году растущее материальное состояние позволило Григорию Григорьевичу Сапожникову переписаться из купцов 2-й гильдии, в которой он состоял с 1843 года, в высшую для его сословия первую гильдию.

Смерть Г.Г. Сапожникова. Опекунство над его фабрикой.

Дело Григория Григорьевича Сапожникова успешно развивалось, но, зимой 1846 – 1847 годов, случилось обострение мучавшей его болезни – чахотки (туберкулёз), от которой он умер 10 мая 1847 года. К этому времени в его семье росло трое малолетних детей и в таких случаях, по законам того времени, над детьми и имуществом умершего назначалась опека. Через несколько дней после смерти, Московский сиротский суд вынес соответствующее решение, а опекунами детей и управляющими имуществом Григория Григорьевича были назначены: вдова Вера Владимировна и ее отец Владимир Семёнович Алексеев.

Сразу после учреждения опеки была произведена опись всего имущества принадлежащего умершему купцу. Из этих списков можно узнать, какое наследство оставил Григорий Сапожников своим детям и жене. Оказалось, что ему, помимо большого домовладения с жилыми домами и фабричными постройками на Красноворотской площади, в Москве принадлежали и четыре лавки в Большом Суровском ряду. Помимо этого, производимый на его фабрике товар в виде шелковых материй, продавался в магазинах русских изделий, в доме князя Гагарина, в Мясницкой части Москвы, и в доме Энгельгардта в Адмиралтейской части Петербурга.

Сразу же после сообщения о смерти хозяина, служащие его лавок и двух магазинов русских изделий опечатали хранящиеся в них шелковые материи. Надо было произвести их опись, чтобы передать в распоряжение опекунов. Оказалось, что в московском магазине хранилось товара на 11440 рублей серебром, а в петербургском почти на 40000 рублей серебром. Но главным местом сбыта товара, производящегося на фабрике Григория Сапожникова, являлись его четыре лавки в Большом Суровском ряду. В них описали материи на общую сумму в 109849 рублей серебром. Уполномоченными на то лицами, было описано и домовладение у Красных ворот с фабричными строениями. Благодаря этому документу стали известны более подробные сведения о московской фабрике Г.Г. Сапожникова в год его смерти.

На 1847 год, для нужд фабрики было приспособлено пять строений. Главный корпус, располагавшийся по Жеребцовскому переулку, представлял собой двухэтажное здание с большим полуподвалом, также используемым при работах. Полуподвал и первый этаж были каменные, а второй этаж деревянный, бревенчатый. Стены этого здания не были оштукатурены или обшиты тесом. Крыша покрыта железом и покрашена краской медянкой. Вход на первый и второй этажи осуществлялся по пристроенной деревянной лестнице.

Помещения отапливались с помощью двух голландских печей. На втором этаже имелись еще две круглые утермарковские печи. Со второго этажа можно было по лестнице о 18 ступеней попасть на чердак.

Еще один фабричный корпус располагался по Жеребцовскому переулку и состоял из двух этажей: низ каменный, верх деревянный, бревенчатый. Это здание также было покрыто крашеным железом. Его внешний и внутренний вид повторял главный корпус, вот только окон в нём было чуть больше – 30. Каждый этаж обогревался двумя голландскими печами. На чердак вела деревянная лестница.

Для хранения припасов во дворе домовладения, на границе с соседним владением купца Медведникова, находился деревянный сарай покрытый тесом. Полов и потолков в нем не было, а вход осуществлялся через тесовые ворота.

Внутри двора находилось еще одно здание. В деревянном, одноэтажном строении хранился картон (требовался для изготовления ткани) и находилась кухня. Его стены были бревенчатые с 18-ю окнами, а крыша с чердачным помещением покрыта тесом. Русская печь отапливала оба помещения, причем та ее часть, которая выходила в картонную, покрыта изразцами. Полы в здании были досчатые.

Бревенчатое одноэтажное строение, с крытой железом крышей, выходящее на Жеребцовский переулок, предназначалось для жилья фабричного приказчика. К зданию примыкали сени тесовые с одним окном и русской печкой. Квартира приказчика состояла из передней, залы и спальной комнаты. Отапливалась изразцовой печью.

Во дворе городской усадьбы Сапожниковых находилось строение, использование которого можно было отнести как к нуждам домовладельца, так и фабрики. В каменном одноэтажном строении, крытым листовым железом, находилась еще одна кухня с русской печью, облицованная изразцами, и плита чугунная о трех конфорках [8].

Управление фабрикой после смерти Григория Сапожникова

Скорее всего, в первое время после смерти Григория Сапожникова, управление ею взял в свои руки известный московский фабрикант Владимир Семёнович Алексеев. Ведь его дочь – молодая вдова Вера Владимировна Сапожникова была беременна шестым ребёнком. Родив 1 сентября 1847 года дочь Елизавету, и немного оправившись после родов, она стала постепенно вникать в фабричное производство. Видимо процесс вхождения в деятельность предприятия был для нее нелегок и принес некоторые убытки. Вера Владимировна даже переписалась из купчих 1-й гильдии во 2-ю. Но постепенно, войдя в курс дела, Сапожникова вернула деятельность фабрики в прежнее, успешное русло.

Продолжая дело мужа, она участвовала и во всех мануфактурных выставках, проводимых в России. Но для того, чтобы выставить производимую продукцию на очередной выставке требовалось получить свидетельство от городской власти. В архиве сохранилось несколько таких дел, посмотрим одно из них.

В 1849 году мануфактурная выставка должна была проводиться в Санкт-Петербурге. За несколько месяцев до ее начала, Вера Сапожникова подала прошение на имя московского гражданского губернатора. К прошению было приложено еще несколько бумаг, в том числе и сведения, составленные на фабрике наследников Г.Г. Сапожникова. В них, среди прочего, было написано:

…фабрика принадлежит собственно нам для тканья разной парчи из серебра и золота, глазету разных цветов, шелковой и мебельной материи, состоит оной части 1-го квартала в собственном нашем доме под № 32, учреждена в 1839 году покойным мужем моим… рабочих на этой фабрике находится 83 человека, в том числе: 6 размотчиц, 5 шпульников, 2 кардонщика и 2 рисовальшика; 3) паровых машин не имеется, 4) а как работа производится людьми, то для них имеется 68 жаккардовых машин, …Сверх того, в Богородицком уезде Московской губернии производится выработка тех же товаров для моей фабрики на 300 станах и в окрестных деревнях разматывают шелки более 30 женщин.[9]

Помимо поощрений за участие в мануфактурной выставке, в этом году Вера Владимировна получила и другую награду. За поставку материй со своей фабрики для украшения стен и драпировки дворцовых интерьеров и за отлично исполненные работы по их обивке, 4 августа 1849 года Вера Владимировна Сапожникова была пожалована серебряной медалью на андреевской ленте, для ношения в петлице. За труды свои в этом же деле, был награжден и управляющий фабрикой Илья Ларионович Лаптев [10]. Можно предположить, что после смерти Григория Сапожникова – брата своей жены Глафиры, он ушел с богородского предприятия брата Николая Лаптева и стал помогать вдове в управлении московской фабрикой.

В 1850 году Сапожниковой   понадобилось свидетельство на торговую деятельность. Просмотрев оставшиеся после мужа бумаги, она такового не нашла. Пришлось обращаться за выдачей нового. С этой целью Вера Владимировна написала прошение на имя московского военного генерал-губернатора графа А.А. Закревского.

Для выдачи свидетельства на фабрике требовалось провести несколько проверок. Благодаря сохранившимся отчетам, стали известны некоторые подробности об использованном на ней оборудовании и количестве рабочих.

Во исполнение предписания Вашего Сиятельства <…> освидетельствовал я шелково-ткацкую фабрику Московской 2-й гильдии купчихи вдовы Веры Владимировны Сапожниковой, Басманной части, 1-го квартала, в собственном доме под № 32, имею честь Вашему Сиятельству почтительнейше донести, что в оной фабрике поставлено жаккардовых станов 75, из них работают на 46, сновален 6, ручных машин для насечки карт 2, разматывальная ручная машина 1. При них находится ткачей 46, наборщиков при машинах для насечки карт 2, рисовальщиков 2, шпульников 5, женщин 7. Дров потребно на годовое отопление трех четвертных до 90 сажень. 1850 года апреля 3 дня.[11]

В 1851 году шелкоткацкая фабрика наследников Сапожникова участвовала в 1-й Всемирной выставке в Лондоне. Вот что было написано в изданной по ее результатам книге – «Обозрение Лондонской Всемирной Выставки по главнейшим отраслям мануфактурной промышленности»:

Нашим парчам, в особенности наследников Сапожникова в Москве, и шелковым материям (принадлежащим к тринадцатому классу) отдана на Всемирной Выставке полная справедливость. Из тринадцати производителей русских, участвовавших в этом классе, большая часть может похвалиться всеобщим одобрением. Лионские фабриканты, удивлялись совершенству, и что еще важнее, дешевизне русских парчей, выставляли как особенное достоинство глянцовитость золотой и серебряной ткани и оригинальность и изящный вкус узоров.

В 1853 году Всероссийская мануфактурная выставка проходила в Москве. Перед ее открытием, следуя установленному порядку, Вера Владимировна подала прошение на выдачу свидетельства для участия в ней своими товарами. К этому прошению было приложено еще несколько документов, но обратим внимание лишь на два из них, так как в их содержании представлены новые сведения о предпринимательской деятельности Сапожниковых. Первый из этих документов – сведения, составленные на фабрике наследников Сапожниковых:

…фабрика принадлежит собственно нам для тканья разной парчи из серебра и золота, глазету разных цветов, шелковой и мебельной материи, …2) рабочих на фабрике простирается до 60 человек: ткачей и шпульников; 3) действуют посредством жаккардовых машин станов; 4) улучшение с последней выставки новейшие рисунки, придуманные собственно нами для тканья означенных материй в самом лучшем и добротном виде не уступающих даже и французским; 5) польза приносимая заведением есть та: что рабочие люди ткачи, равно и работающие в других уездах: Богородском и Коломенском до 300 человек, а иногда гораздо и более; получая всегда плату, оплачивают свои повинности и доставляют содержание своим семействам; 6) награды полученные покойным мужем моим суть следующие: в 1839 году за С.Петербургскую выставку золотая медаль для ношения на шее на Аннинской ленте; в 1842 году за Варшавскую выставку золотая медаль для ношения на шее на Владимирской ленте; в 1843 году – Высочайшее благоволение за устройство и усовершенствование доброты шелковых материй и парчовых тканей; в 1849 году мы наследники получили золотую большую медаль за выставку С.Петербургскую; в этом же году за новый Кремлевский дворец при поставке собственных наших парчовых и шелковых материй для украшения стен и драпировкри дворца серебряную медаль на Андреевской ленте для ношения в петлице; в 1851 году за представление на Лондонскую всемирную выставку парчовых тканей золотых и серебряных присуждена медаль Королевскою комиссиею 2-й степени; 7) управляющий нашей фабрики Богородский 2-й гильдии купеческий брат Илья Ларионов Лаптев, оказал свои услуги улучшениями при поставке в новый Московский дворец разных парчовых и шелковых тканей, за что и получил установленную за дворец серебряную медаль.

Из приведенных документов видно, что Вера Сапожникова продолжала использовать труд не только своих фабричных рабочих, которые делали наиболее роскошные и оттого дорогие ткани, но и нескольких сотен крестьян трех уездов Московской губернии, поставляющих материи попроще.

Выполнение крупных заказов не отвлекало Веру Владимировну и ее помощников от выставления своих товаров на крупных выставках. В 1857 году местом проведения одной из них стала Варшава. Для участия в этой выставке также требовалось получение свидетельства от московских городских властей. На этом раз прошение подписывали оба опекуна над имуществом и детьми умершего Г.Г. Сапожникова – Владимир Семенович Алексеев и Вера Владимировна Сапожникова. Из приложенного к прошению донесения московского обер-полицмейстера следовало:

…на каковой фабрике приготовляется парчового и шелкового товара на 75 тысяч рублей серебром в год. Всех машин на фабрике 50 и станов 60, рабочих 60 человек мужского пола, кроме того на квартирах и в деревнях имеют занятие для фабрики до 60 человек.

Ткани фабрики наследников Сапожниковых получили награды и на Варшавской выставке 1857 года, вот только были переданы их владельцам более чем через год после ее завершения. В декабре 1858 года на имя Московского военного генерал-губернатора пришло письмо и опять из министерства иностранных дел. В письме, подписанном товарищем /заместителем/ министра иностранных дел, сообщалось:

Бельгийский посланник при Высочайшем Дворе Виконт <нрзб> уведомил меня, что Лондонское всемирное общество поощрения искусств и промышленности, на основании донесения Бельгийского консульства в Варшаве, о бывшей там выставке, назначило бронзовую медаль Московскому купцу Сапожникову, владельцу шелковой фабрики в этом городе, за изделия которого находились на выставке. Вместе с тем Виконт <нрзб> доставил следующие купцу медаль и грамоту на оную.

В заключение письма товарищ министра просил московского генерал-губернатора передать эти награды купцу Сапожникову. С помощью московского обер-полицмейстера, была установлена личность награждаемого, им оказалась Вера Владимировна Сапожникова. В марте 1859 года бронзовую медаль и грамоту, по доверенности от хозяйки, получил управляющий фабрикой купеческий сын Сергей Дудин [12].

Окончание опеки над братьями Сапожниковыми.

Передача фабрики в управление сыновьям Александру и Владимиру

Около двенадцати лет, изготовление шелковых материй на фабрике наследников Сапожниковых происходило в одних и тех же корпусах. С 1847 года по 1859 в городской усадьбе Сапожниковых на Красноворотской площади не производилось никаких серьезных перестроек. Ведь за любую трату денег, требовалось отчитываться перед Московским Сиротским судом, который мог посчитать новое строительство излишним. Лишь летом 1859 года Вера Владимировна получила разрешение на сломку одного из старых фабричных зданий и перестройку другого, а также возведение нового двухэтажного строения, низ которого был каменный, а верх деревянный. (35).

В 1859 году Александру, а в 1860 году и Владимиру Сапожниковым исполнилось по 17 лет. С этого возраста опека заменялась на попечение. По законам тех лет, с момента попечительства повзрослевшие дети могли получать в собственность наследуемые ими недвижимые владения. Семья Сапожниковых так и поступила. В декабре 1860 года мать и сыновья подали прошение в сиротский суд о разделе оставшегося после смерти Г.Г. Сапожникова имущества. По полюбовному разделу братьям Александру и Владимиру Григорьевичам Сапожниковым отошли в собственность московское домовладение и фабрика, оцененные в 70 тысяч рублей серебром. Им же достался наличный товар и материалы, оцененные в 43829 рублей серебром. В собственность их матери Веры Владимировны отошло все движимое имущество, оцененное в 10000 рублей серебром, а также капитал в банковских билетах, общей стоимостью 49670 рублей серебром. Самой младшей в этой семье – Елизавете Григорьевне достался капитал в банковских билетах на сумму 29835 рублей серебром [13]. Несмотря на молодость, 18-летний Александр и 17-летний Владимир Григорьевичи стали допускаться матерью к управлению семейной фабрикой. К началу 1860-х годов на ней было установлено 104 ткацких стана, 95 из которых жаккардовые, на которых работали и их обслуживали 150 человек. Годовой оборот простирался до 200 тысяч рублей. После совершения раздела, Сапожниковы не спешили переоформлять фабрику на имена ее новых владельцев. В одних документах она продолжала записываться как фабрика наследников Сапожниковых, в других как фабрика Веры Владимировны Сапожниковой.

После формальной передачи фабрики в собственность сыновей, их мать еще несколько лет руководила предприятием, и все это время наставляла детей советами, передавала в их руки, наработанные за долгое время коммерческие связи. Тут же рядом, был и опытный управляющий фабрикой Сергей Алексеевич Дудин. К тому же на фабрике продолжали работать признанные мастера своего дела – ткачи с опытом работы 10-20 и более лет.

Благодаря их профессиональным навыкам, фабрике Сапожниковых удавалось изготовлять материи высочайшего качества и этим удерживать за собой заказы Императорского Двора. Из всех ткачей выделим именно тех, которые исполняли самую трудную и поэтому дорогостоящую работу. В 1860-61 годах мастер Викул (Викол) Григорьев соткал несколько сортов коронационной парчи. А другой ткач Степан Тимофеев, по заказу великого князя Михаила Николаевича, изготовил другой сорт той же коронационной парчи. Эту работу он исполнял с 11 сентября по 12 октября 1860 года [14].

И в последующие годы, с помощью опытных и умелых мастеров, фабрика наследников Г.Г.Сапожникова продолжала удерживать лидирующие позиции не только среди российских производителей шелковой и парчовой ткани, но по некоторым позициям опережали и лучшие образцы в мире. Высокое качество производимого товара контролировалось с помощью показа его образцов, как на внутренних, так и на международных выставках.

На очередной мануфактурной выставке в СанктПетербурге 1861года экспонаты имели большой успех, как среди посетителей, так и у членов жюри, и наследникам Г.Г. Сапожникова ≪за отборный вкус, новость и художественность изделий≫  была присуждена большая золотая медаль. Среди награжденных были и служащие на фабрике управляющий С.А. Дудин и рисовальщик И.А. Рябов.

Получив заслуженные награды на родине, выпущенные на фабрике Сапожниковых изделия, в числе других российских экспонатов, были отправлены на Всемирную выставку 1862 года в Лондоне. И здесь шелковые и парчовые материи имели признание, как специалистов ткацкого дела, так и простого обывателя и вполне заслуженно получили, хотя и не первую, но все же почетную награду в классе шелковых тканей.

Участие Алексеевых в поставке сырья на фабрику

Большую помощь молодым фабрикантам в начале – середине 1860-х годов оказывали дедушка по линии матери Владимир Семёнович Алексеев (1795-1862) и дядя Семён Владимирович Алексеев (1827-1873). В это время, о занятии шелком, а точнее раскрутке коконов на специально приспособленных ручных станках в тонкую нить задумался Владимир Семёнович. Он интересовался этим видом деятельности у директора Московской практической школы шелководства Павла Ивановича Крипнера. Но дедушка умер в 1862 году и его планы в этом направлении, при поддержке школы, воплощал в жизнь уже дядя Семён Алексеев. Вместе с купцом Петром Петровичем Ворониным, он, с помощью армян, учредил в городе Нухе (современный город Шеки Азербайджан) шелкомотальную фабрику. Жители этого города занимались шелководством с древних времен и имели большой опыт.

К середине 1860-х годов на закавказской фабрике Алексеева и Воронина шелк – сырец изготовлялся уже в больших количествах и доставлялся в Москву. Скорее всего, основным покупателем этого товара были его племянники Александр и Владимир Григорьевичи Сапожниковы. Более дешевый шелк-сырец С.В. Алексеева частично заменил московским фабрикантам то же сырье, привозимое из заграницы [15].

Начало деятельности Александра и Владимира Сапожниковых.

Братья Сапожниковы активно вошли в дело и со временем увеличили торговый оборот своей фирмы. На фабрике по-прежнему производились изделия из шелка: парча, мебельные ткани и бархат. Но зато выбор тканей по разнообразию рисунка значительно увеличился, хозяева фабрики постоянно заказывали изображения новых узоров своим мастерам. В 1850-1860-е годы лучшим из художников или рисовальщиков сапожниковской фабрики являлся Илья Александрович Рябов. Именно ему доверялось разрабатывать самые сложные узоры для коронационных тканей. Его репутация в среде мануфактурной промышленности была настолько высока, что Сапожниковым приходилось платить ему немалые деньги, по 700 рублей серебром в год, чтобы удержать на своей фабрике. Помимо создания новых узоров для будущих тканей, Рябов присматривал за работой других, менее опытных рисовальщиков, исправлял ошибки, давал необходимые советы. Кроме него на фабрике рисовальщиками работами: Василий Егоров, Василий Перфильевич Косолапов, Игнатий Фёдоров. Их жалованье было гораздо скромнее: 300, 225 и 210 рублей серебром в год [16].

Очевидно, благодаря стараниям молодых и оттого чрезвычайно активных братьев Сапожниковых, желающих показать всей России свою купеческую хватку, их стенды на мануфактурной выставке 1865 года поражали своей роскошью. Высшей наградой для выставки мануфактурных изделий 1865 года являлось разрешение использовать на вывеске и продукции предприятия изображение Российского Государственного герба. Фабрика наследников Сапожникова эту награду и получила.

Начало модернизации фабрики

К середине 1860-х годов управление фабрикой полностью перешло в руки братьев Александра и Владимира Сапожниковых. Молодые предприниматели не хотели довольствоваться теми зданиями, которые были построены еще при их отце. Сапожниковы решили начать модернизацию фабрики и с этой целью использовать современные тому времени проекты зданий.

В июле 1866 года братья хлопотали о постройке нового трехэтажного жилого каменного корпуса. Для отопления в зимнее время, в подвале этого строения предусматривалась установка духовых печей, от которых теплый воздух, по трубам, проложенным в стенах, поступал в верхние этажи. Проект был согласован и разрешение получено, но его возведению предшествовала сломка сразу пяти старых строений, настолько велико было новое фабричное здание. Это трехэтажное каменное строение, построенное в 1866 году, в измененном виде, сохранилось до настоящего времени [17].  К этому времени на фабрике ежегодно вырабатывалось разных тканей при 120 рабочих на сумму 250.000 рублей.

Следующая высокая оценка деятельности шелкоткацкой фабрики Сапожниковых была дана на очередной Всемирной выставке 1867 года, которая проходила в Париже. На стендах в российском павильоне, среди многочисленных экспонатов, вновь были представлены и товары, произведенные на фабрике матери и сыновей Сапожниковых. В их перечне указывались следующие ткани:

Материи для мебели Его Имп. Выс. Вел. Княг. Марии Фёдоровны

Бархат с гербами.

Материя шелковая и парча для палат бояр Романовых.

Грань с гербами.

Бархат с узором – за аршин 45 рублей.

Лампа – 4 р. 50 к.

Брокатель – 3 р. 50 к. и 7 рублей.

Штоф – 3 р. 50 к.

Матласе – 4 р. 25 к.

Котлин – 5 р.

Репс – 4 р. 50 к.

Парча – от 8 р. до 100 рублей.

Грань золотая – 25 р. и 28 р.

Бархат с золотом и серебром – от 10 до 45 рублей.

Глазет серебряный и золотой – 17 и 20 рублей.

Муаре-антик серебряный и золотой – 9 и 10 рублей.

Парча репс с серебром – 7 рублей за аршин. [18]

За высокое качество представленной продукции, Сапожниковы получили серебряную медаль выставки. Свой вклад Сапожниковы внесли и в получении награды высшей пробы для города, в котором они жили и трудились. Город Москва был награжден золотой медалью за производимые ее предприятиями шелковые и парчовые ткани [19].


[1] Е.В. Полякова. Царские ткани фабрики Сапожниковых/ Ма-

териалы и исследования Московского музея Кремля. Выпуск

№ 26. Московский Кремль в государственной жизни России,

четыре столетия истории. Москва. 2016 г. стр. 152.

[2] ЦГА Москвы. ОХНТД. Фонд 1. Оп. 2. Д. 1. Ед.хр. 2.

[3] Указатель выставки российских мануфактурных изделий, бывшей в С.Петербурге в 1839 году. СПб. 1839 г. Стр. 183-184.

[4]  Е.В. Полякова. Царские ткани фабрики Сапожниковых… стр.155.

[5] Там же

[6] Указатель третьей в Москве выставки российских мануфактурных изделий 1843 года. Москва. Тип. Селивановского. Стр. 93.

[7] С.А. Сапожников. Сапожниковы. 25 родов и 1000 персон, носивших эту фамилию» М. 2012 г. с. 261.

[8] ЦГА Москвы. Фонд 83. Опись 2.Дело 988.

[9] ЦГА Москвы. Фонд 17. Опись 22.Дело 94.

[10] Е.В. Полякова. Царские ткани фабрики Сапожниковых…стр. 157.

[11] ЦГА Москвы. Фонд 16. Опись 24. Дело 3992.

[12] ЦГА Москвы. Фонд 16. Опись 22. Дело 366.

[13] ЦГА Москвы. Фонд 83. Опись 2. Дело 988.

[14] Е.В. Полякова. Царские ткани фабрики Сапожниковых… стр. 161.

[15] Исторический обзор развития шелководства в Москве и юго-западных от нее губерниях и действий комитета шелководства. Выпуск II. Москва. 1872 год. Стр. 153.

[16] Е.В. Полякова. Царские ткани фабрики Сапожниковых…стр. 162.

[17]  ЦГА Москвы. ОХНТД. Фонд 1. Опись 2. Дело 1. Ед.хр. 17.

[18] Указатель русского отдела Парижской Всемирной выставки 1867 года.

 СПб. 1867 г. стр. 87-88.

[19] Иллюстрированное описание Всемирной Выставки в Париже 1867 года. Даль Л.Д. СПб. 1869 год.

Читайте также:

Добавить комментарий