Л.В. Курчевский – первопроходец отечественной безоткатной артиллерии

Автор статьи — Хачатуров Юрий Стюартович

    Леонид Васильевич Курчевский — талантливый инженер-изобретатель первой половины  прошлого века,  дедушка моей жены Татьяны Юрьевны Хачатуровой (в девичестве Пак) и прадед моих детей и внуков. Он  является создателем безоткатных динамо-реактивных артиллерийских систем, которые в 1930-е годы состояли на вооружении Красной Армии.  Его конструкторская деятельность ещё с 1923 года была связана с Московским орудийным  заводом имени М.И. Калинина (с 1928 года -Завод № 8), расположенном в  рабочем посёлке имени Калинина Московской области. Почти 10 лет своей  жизни с 1927 года вплоть до середины 1937 года Курчевский трудился  в посёлке у станции Подлипки на заводах № 8 и №38, которые входят сейчас в состав РКК «Энергия». 

Л.В.Курчевский. Москва., сер. 1930-х г.

    Образцы  безоткатных пушек Курчевского  в качестве вещественных экспонатов хранятся в фондах Военно-исторического музея артиллерии, инженерных войск и войск связи в Санкт-Петербурге, а также  экспонируются в Музее Завода имени М.И.Калинина в Екатеринбурге и  в Хельсинском военном музее в Финляндии. Интересы творческой деятельности Курчевского были весьма широки и многообразны, а жизнь его сложилась трагически. В 1937 году Леонид Васильевич был репрессирован по обвинению во враждебной деятельности, а в 1956 году он был полностью реабилитирован за отсутствием  состава преступления.

Леонид Васильевич родился 22 сентября 1890 года в городе Переславль-Залесский (в то время Владимирской губернии) в интеллигентной семье учителя рисования Василия Григорьевича Курчевского (профессионального художника) и Марии Никитичны Поляковой (после замужества Курчевской), закончившей в Москве институт благородных девиц  для детей мещан и купцов.

     В 1911 году после окончания московской гимназии  Леонид Васильевич поступил учиться на естественное отделение физико-математического факультета Московского университета, который согласно следственным документам НКВД СССР окончил в 1914 году.  Вероятно, что высшее образование он завершил экстерном, совмещая учёбу с работой.  Во всяком случае, полученного образования  хватало Курчевскому для принятия обоснованных  технических решений и грамотной постановки задач перед специалистами, работавшими вместе с ним над реализацией его изобретений.  Леонид Васильевич обладал исключительной памятью. Острота ума Курчевского поражала всех, с кем он работал. Об этом свидетельствуют его друзья и соратники. В любом  случае нет оснований  сомневаться в эрудиции и разносторонней образованности Леонида Васильевича.

     Осенью 1914 года Курчевский поступает на работу испытателем  в подмосковный Аэродинамический институт  Рябушинского в Кучино, где участвует в экспериментальной проверке «пневматической пушки»  генерала Померанцева, а в 1915 году работает в Москве ассистентом по физике и химии в Педагогическом институте  известного предпринимателя и мецената  П.Г. Шелапутина.  Хорошо оснащённые современным техническим оборудованием учебные лаборатории этого института и деятельный характер Леонида Васильевича, по всей видимости, располагали его к изобретательству. Уже в середине 1915 года Курчевский изобретает для воюющей русской императорской армии гранатомёт  оригинальной конструкции. Его опытный образец  был изготовлен и испытан в мастерских Охтинского порохового завода.

     С января 1916 года по декабрь 1918 года Л.В. Курчевский заведует конструкторским бюро Московского Военно-промышленного комитета и  одновременно с этим в начале 1916 года  в Аэродинамическом институте Д.П. Рябушинского занимается испытаниями его «безотдаточной пушки». В качестве поощрения за хорошую работу в  институте  Дмитрий Павлович  в том же году командирует Курчевского в созданное   профессором  Н. Е. Жуковским  Авиационное расчётно-испытательное бюро при Аэрологической лаборатории  МВТУ,  где  он участвует в аэродинамических и прочностных расчётах самолётов. Здесь он знакомится с любимыми  учениками профессора — сотрудниками  этого бюро:  преподавателем  МВТУ инженером  В.П. Ветчинкиным, студентами  МВТУ  Б.С. Стечкиным, А.А. Микулиным и  А.А. Архангельским,  впоследствии академиками, выдающимся аэродинамиками, конструкторами самолётов и авиационных двигателей. Так в одном месте и в нужное время  судьба свела и сблизила на долгие годы  Курчевского с этими исключительно талантливыми людьми, дружеские отношения с которыми продолжались до конца его жизни.  В их жизненном пути было много общего.

      Прежде всего, они почти ровесники по возрасту, воспитанные в интеллигентных русских семьях.  Все они на заре своей  творческой деятельности ещё в дореволюционный период были одержимы   изобретательством,  впоследствии являлись талантливыми инженерами-изобретателями в военно-промышленной области, увлекались аэродинамикой, авиацией, самолётостроением, моторостроением, баллистикой и конструированием  различных  автомобилей, аэросаней  и глиссеров с авиационными винтами и моторами. У них был общий круг общения и в свободно евремя они любили веселье, застолье, увлекались рыбалкой, охотой и автомотоспортом.

      В 1919-1920 годах Курчевский возглавляет мастерскую-лабораторию в Комитете по делам изобретений ВСНХ и одновременно работает в автомобильной секции транспортного отдела этого Комитета. В1921-1922 годах он работает в Комиссии особых опытов по звуковой разведке,  где разрабатывает установку полевой радиостанции на мотоцикле с коляской, а также является  начальником лаборатории отдела военных изобретений Комглисс. В эти годы он сконструировал свой первый автомобиль с двигателем в виде трубы с вращающимися авиационными винтами (их рассчитывал Ветчинкин), воздушные потоки которых обеспечивали  движение аппарата. 

     В 1922 — 1924 годах  Л.В. Курчевский назначается заведующим  мастерской-автолабораторией Отдела военных заказов  Комиссии по делам изобретений ВСНХ СССР. На этом практическом поприще в полной мере проявились таланты  Леонида Васильевича как организатора и экспериментатора.

      В эти годы экономической разрухи  сотрудникам автомастерской не приходилось рассчитывать на регулярную выплату государством заработной платы и на бесперебойное материально-техническое обеспечение. В связи с этим на созданной Курчевским испытательной базе в Переславле-Залесском на Плещееве озере наряду с опытно-испытательными работами  было организовано натуральное подсобное сельское хозяйство, которое  обеспечивало продовольствием сотрудников мастерской.

    Дом  №31 на улице Арбат в Москве, в котором Курчевский  жил вместе со своей матерью Марией Никитичной, с женой Марией Алексеевной и дочкой Ириной, стал для его друзей и работников его мастерской пристанищем, в котором они работали, ночевали, столовались, а порой и жили. Его квартира служила складом материалов и запасных частей для всякого рода изобретений.   Во дворе дома постоянно велась работа с машинами и мотоциклами. Леонид Васильевич  много времени уделял этой работе, был сильно увлечён ею, и вместе с умельцами, тянувшимися к нему со всей округи, проводил среди «царства железа и машин»  всё своё свободное время. Неутомимый характер Курчевского постоянно заставлял его что-то придумывать и организовывать.  Его изобретения всегда отличались своей оригинальностью, простотой в исполнении и смелостью мысли. Казалось, что ему «море по колено». Кипучей энергии Леонида Васильевича и его страсти к изобретательству не было предела. А.А. Микулин впоследствии вспоминал:

«Стоило мне оказаться в Научном автомоторном институте, как Лёня Курчевский прямо-таки прикипел ко мне, непрерывно предлагая всяческие усовершенствования. Отбоя от его идей не было. Вскоре он начал «временно» заполнять всевозможными аппаратами мою дачу на Николиной горе: с утра до поздней ночи под окнами что-то фыркало и рычало, заволакивая окрестности сизым туманом». 

     Впервые имя Курчевского упоминается в списках изобретателей 19 ноября 1920 года в ответе НТО ВСНХ на запрос Ленина. В нём сообщалось, что «Л.В. Курчевский и Б.С.Стечкин предлагают идею инжектирования воздуха под корму судов, что позволяет построить «глиссер», развивающий скорость до 150 км/час».

     В 1918 -1924 годах Курчевский изобрёл  глиссер, развивающий скорость 100 км в час, крылатую торпеду с реактивным двигателем, бесшумную пушку, дульный тормоз к классическим артиллерийским орудиям, трёхосный вездеход на колёсном и гусеничном ходу, электрическую машину, скипидарную автомобильную смесь — заменитель бензина для автомобилей,  герметизирующую смесь, затягивающую пробоины в шинах автомобилей. Кроме того он  работал над созданием вертолёта и  восстановлением разрушенного войной автопарка страны. Им были сконструированы и построены несколько автомобилей из «разноплемённых» иностранных агрегатов (аэромобили с толкающим воздушным винтом  и трёхколесные автомобили), которые использовались московскими предприятиями. Вместе со Стечкиным и Бондаренко Курчевским был построен глиссер, а с С.Д. Богословским он создаёт реактивную глиссирующую мину, скользящую на большой скорости по поверхности воды.


Л.В. Курчевский за рулём  аэромобилей собственной конструкции с толкающим воздушным винтом (Москва, начало 1920-х годов).


    В ноябре 1922 года Курчевский прочерчивает общий вид своей безоткатной пушки, показывает его видному артиллеристу  профессору В.М. Трофимову и с его одобрения направляет техдокументацию этой пушки в Главное артиллерийское управление.  В начале 1923 года Курчевский изготовил первый опытный образец своей пушки и испытал ее на Ржевском артиллерийском полигоне под Петроградом, а в марте 1923 года, узнав об организации в ЦАГИ конструкторского бюро с отделом морского самолётостроения, Курчевский предлагает его руководителю, авиаконструктору  Д.П.Григоровичу «неизмеримо усилить мощь морской авиации  путём вооружения летающих лодок крупнокалиберными безоткатными пушками»  и получает его одобрение.  В августе того же года  Леонид Васильевич знакомится с заместителем начальника ВВС Красной Армии П.И. Барановым и с командиром авиаотряда Академии Воздушного флота лётчиком Ю.И. Пионтковским и тоже увлекает их идеей  использования в авиации своих безоткатных пушек.

    В том же 1923 году Курчевский вместе с сотрудником отдела военных изобретений ВСНХ, артиллерийским инженером С.А. Изенбеком, подаёт заявку на изобретение динамо-реактивной пушки. Вот как зарождение отечественной безоткатной артиллерии описывается специалистами завода № 8 в Подлипках (эвакуированного в 1941 году в Екатеринбург)  в книге «Отечества надёжный щит. Машиностроительный  завод имени М.И.Калинина. История и судьбы», изданной в 2013 году:

«Свою первую ДРП Курчевский создал в начале 1923 года…. При выстреле часть пороховых газов вырывалась через дно гильзы и коническое сопло, отдача уменьшалась до минимума. В архивах найдены письма Курчевского во многие инстанции, в которых он просил испытать своё изобретение. Руководство РККА согласилось с этим предложением, и заводу им. Калинина было поручено переделать в ДРП две 57-мм капонирские пушки Норденфельда по чертежам Курчевского. В сентябре 1923 года обе пушки были готовы и испытаны. ДРП сочли перспективными и создали комиссию для разработки подобных артсистем, назначив руководителями видных артиллеристов В.М. Трофимова и В.А. Беркалова.

И уже 25 сентября 1923 года на специальном совещании у главнокомандующего Вооружёнными силами С.С. Каменева было принято решение начать работы по созданию полковой динамо-реактивной пушки и автоматической самолётной ДРП.

  16 октября 1923 года Курчевский представил проект 102-мм авиационной ДРП. По расчётам изобретателя на дистанции 330 м площадь поражения картечью должна была составить 40 квадратных саженей. Проект был одобрен, и Курчевский приступил к созданию авиационной пушки, но параллельно работал и над сухопутными орудиями».

     В этот же период времени заместитель начальника ВВС Красной Армии П.И. Баранов отдаёт распоряжение «выделить изобретателю Курчевскому трофейный аэроплан «Юнкерс-13» с выработанным моторесурсом для проведения практических опытов с пушечным вооружением калибром до 6,0 дюймов».  

       В сентябре 1924 года Курчевский в своей мастерской изготовил опытные образцы своих пушек и испытал их в районе Плющеева озера.  Довести их до государственных испытаний  ему не удалось.  4 октября 1924 года он был по ложному доносу арестован по обвинению в нецелевом  использовании части государственных средств  на внеплановую работу по проектированию вертолёта и на нужды  подсобного хозяйства мастерской в Переславле-Залесском. Из-за отсутствия нужных финансовых документов, ведению которых Леонид Васильевич не уделял должного внимания, он не смог доказать беспочвенность предъявленных ему обвинений. Возможно,  кто-то этим воспользовался.  В результате Коллегией ОГПУ  Курчевский был осуждён на 10 лет лишения свободы и отправлен  отбывать наказание на Соловецкие острова в Белом море в Соловецкий  лагерь особого назначения (СЛОН).

     В декабре 1924 года Курчевский был доставлен на Кемьский пересыльный пункт Соловецкого лагеря и  заключён в кемьскую тюрьму до начала  весенней навигации 1925 года.  

Кемьский пересыльный пункт Соловецкого лагеря особого назначения

     1925-1928 годы относятся к основному периоду становления и развития этого печально известного исправительно-трудового лагеря для заключённых. Именно в эти годы  (с весны 1925 года и видимо до конца 1927 года) Леонид Васильевич в качестве заключённого находился в Соловецком лагере.

     Своё пребывание в лагере Курчевский начинал  в качестве грузчика – таскал мешки на пароход. Однако  даже в этих условиях он нашёл в себе силы оставаться верным своему неугомонному характеру изобретателя и организатора.  Заметив творческую жилку и деятельную натуру Курчевского, руководство лагеря (не отличавшееся по свидетельствам очевидцев интеллектуальными и умственными способностями) решило использовать его в интересах лагеря как квалифицированного технического специалиста и поручило ему заниматься инженерной деятельностью по восстановлению разрушенного монастырского хозяйства острова.  Его энергии хватало на многое. Даже находясь в лагере, Курчевский продолжал заниматься изобретательством.

    За время пребывания в лагере Курчевский восстанавливает на острове электростанцию и литейный завод, железную дорогу и пускает по ней паровоз с двумя вагонами, устанавливает на ручье небольшую гидроэлектростанцию, создаёт верфь, на которой по своим чертежам строит специальные лодки-вездеходы и суда для рыбного промысла. Его трудами в лагере появляется волновая электростанция, ветряки  для получения электроэнергии,  вездеходы и целая флотилия лодок для связи острова с материком в зимнее время (специальная лодка-почтарка, арктические аэросани и аэромобиль с воздушным винтом, способные плавать по полузамёрзшему морю – «шуге», а также и передвигаться по снегу и по льду). 

      В годы заключения Курчевский  усовершенствовал свой аэроглиссер, создал автомашину повышенной проходимости  (с  2-мя парами задних колёс на разных уровнях) и даже умудрился изготовить действующий образец своей безоткатной пушки. В конце декабря 1926 года (или в начале 1927 года) он проводит испытание своей пушки и демонстрирует её в действии коменданту лагеря Эйхмансу, который телеграфирует об этом руководству ГУЛАГа. В 1927 году его информация была доведена до сведения руководства страны.

    Поскольку в это время  страна активно занималась перевооружением РККА, в Москве вспомнили о Курчевском и его динамо-реактивной пушке! По оценкам военных специалистов того времени его пушка представляла большой интерес для государства, так как это было «оружие изряда вон выходящее»! Опередив своё время на добрый десяток лет, эта пушка имела небольшой вес, работала на реактивном принципе, обладала  достаточно большой огневой мощью и позволяла при её производстве значительно снизить стоимость орудий и сократить расход  дефицитного металла. 

      В конце 1927 года по ходатайству Наркома тяжёлой промышленности СССР  Г.К.Орджоникидзе, Курчевский был досрочно освобождён из Соловецкого лагеря и доставлен в Москву. Ему  были созданы  необходимые условия (возможно под надзором  ОГПУ!), для изобретательской деятельности по разработке безоткатных пушек, а проведение его опытов обеспечили на заводе  № 8 в Подлипках.

   После снятия с Курчевского судимости и всех обвинений  1924 года (решением  Коллегии ОГПУ от 3 января 1929 года),  Леонид Васильевич, был назначен главным конструктором  Особого конструкторского бюро № 1 Главного артиллерийского управления РККА  (ОКБ № 1 ГАО),  местом расположением которого стал  завод № 8 в Подлипках. Курчевскому поручают создание безоткатных динамо-реактивных пушек для вооружения самолётов, батальонных пушек и противотанкового ружья для вооружения  стрелковых подразделений армии, опытные образцы  которых вскоре прошли успешные испытания. Вот, как об этом написано в книге «Отечества надёжный щит. Машиностроительный  завод имени М.И. Калинина. История и судьбы»: 

«Начало 1930-х годов –одна из самых ярких страниц в истории ЗиКа. Именно Подлипки оказались в самом эпицентре событий, связанных не только с созданием современных образцов артиллерии малого и среднего калибров, но и с увлечением руководства ВКП (б) и РККА так называемыми динамо-реактивными пушками (ДРП).

  В январе 1930 на заводе был оорганизовано ОКБ-1 ГАУ, занимавшееся исключительно ДРП. А главным конструктором этой организации стал талантливый изобретатель Леонид Васильевич Курчевский. Уже из этого названия — ОКБ-1 ГАУ — видно, что это КБ  подчинялось не главному конструктору завода В.М. Берингу или директору завода, а непосредственно подчинялось руководству Главного артиллерийского управления РККА. Такое значение придавалось разработке ДРП.

Спектор конструкторских разработок ОКБ-1 был значительно шире, чем у КБ завода № 8, там разрабатывались орудия калибра от 37 до 500 мм. В 1920 — 1930-е годы в СССР было создано множество образцов динамо-реактивных пушек (ДРП), большей частью конструкции Леонида Васильевича Курчевского. К их созданию, начиная с самых первых образцов, самое непосредственное отношение имел завод им. Калинина».

       Особенностью пушек Курчевского была  узкая (10-тиградусная) конусная насадка в казённой части ствола (выполненная по типу сопла Ловаля),  которая отличалась от  безоткатных пушек других конструкторов. Безоткатные пушки Курчевского  были значительно легче классических артиллерийских орудий аналогичного калибра и огневой мощи. На первом этапе разработки своих безоткатных орудий  Леонид Васильевич использовал стволы устаревших систем классических орудий царской армии, которые в большом количестве хранились на складах Красной Армии. Это давало возможность  не только экономить на изготовлении новых стволов, но и использовать для динамо-реактивных орудий имеющиеся в наличии стандартные боеприпасы, что повышало привлекательность пушек Курчевского.

   Первыми образцами самоходных орудий Курчевского были  пушки калибра 76-мм, установленные на легковом автомобиле «Форд» и  мотоцикле «Харлей» (МПК), а также  самоходная пушка (СПК), установленная на шасси легкового автомобиля ГАЗ-А  «3-дюймовая пушка весила около 140 килограммов и легко передвигалась вместе с командой и снаряжением. Предназначалось это оружие также для кавалерийских отрядов и устанавливалось на тачанке».

      Батальонная 76-мм безоткатная пушка Курчевского (БПК) была наиболее доработанной и удачной для промышленного производства и вооружения  сухопутных частей армии. Пушка была очень проста в конструктивном отношении. Дальность стрельбы такой серийной пушки, весившей всего лишь 180 кг, составляла 7 км. Её можно было использовать и как миномёт.

     Впервой половине 1930-х годов особое внимание уделялось авиационным пушкам Курчевского, поскольку в мире появились цельнометаллические самолёты, живучесть которых (особенно тяжёлых бомбардировщиков) при пулевой стрельбе по ним с истребителей резко возросла.  В связи с этим руководство РККА пришло к выводу о перспективности вооружения истребителей безоткатными  пушками калибра от 37 до 152  мм. Однако для вооружения  самолётов такими  пушками требовались новые конструктивные решения  самих самолётов. В связи с этим, НИИ ВВС  были  специально разработаны  и выданы авиационным конструкторским бюро соответствующие  технические требования.

     По заданию АУ РККА в 1930-1932 годах в ОКБ-1 Курчевского для вооружения авиации было создано несколько авиационных ДРП различных калибров.  По  результатам их испытаний было отдано предпочтение выпуску пушки АПК-4 калибром 76-мм.  

76-мм авиационная автоматическая динамо-реактивная пцшка Курчевского АПК-4

    Первым самолётом, спроектированным под пушки Курчевского, был сверхсекретный истребитель «И-Зет» авиаконструктора Григоровича, построенный весной 1931 года на московском заводе № 39. Для осмотра его 6 июля 1931 года на завод приехал И.В. Сталин с руководителями правительства. Этот ис­требитель-перехватчик был предназначен для «уничтожения крупных групп вражеских бомбовозов на встречных курсах картечью»! По результатам  испытательных полётов, проведённых осенью 1933 года, было решено принять истребители «И-Зет» с  пушками  АПК-4   на вооружение ВВС РККА.  Уже в 1933 году заводом № 39 было построено 22 истребителя, а затем к их серийному выпуску присоединился авиационный завод в Харькове, на котором было построено ещё  50 машин.  Позже на основе самолёта «И-Зет» Григоровичем был построен вооружённый пушками Курчевского истребитель ИП-1.    

Осмотр опытного образца«И-Зет» на заводе № 39, 6 июля 1931 г. В кабине находится И. В. Сталин, стоят (слева направо): Г.Е. Чупилко, В.М. Молотов, К.Е. Ворошилов, А.Н. Рафаэлянц,И.Е. Пауфлер (руководитель ЦКБ ОГПУ).

      В 1932-1933 годах стрельбы из авиационных пушек Курчевского, которыми были вооружены истребители «И-Зет», на государственных испытаниях показали высокую эффективность безоткатных орудий. Снайперскую стрельбу по наземным целям из таких пушек  на аэродроме завода № 39 лётчик-испытатель Т.П. Сузи продемонстрировал на истребителе «И-Зет» К.Е. Ворошилову, М.Н. Тухачевскому  и  Г.К. Орджоникидзе.   Весной 1935 года пятёрка истребителей «И-Зет» с пушками Курчевского принимала участие в традиционном первомайском демонстрационном пролёте над Красной площадью в Москве.  

Истребитель «И-Зет» Григоровича, вооружённый 2-мя  динамо-реактивными пушками Курчевского АПК-4  (на переднем плане — пушка, установленная  под левым крылом самолёта), 1934 год.
На авиационном заводе № 39  имени Менджинского во время демонстрационных стрельб истребителей Григоровича, вооружённых пушками Курчевского. Слева направо: Л.В. Курчевский (в комбинезоне) вместе с К.Е. Ворошиловым (в середине) и Г.К. Орджоникидзе (2-й справа), а  на переднем плане спиной стоят авиаконструктор А.Н. Туполев (крайний справа) и  лётчик-испытатель Т.П. Сузи  (крайний слева). Москва,  1934 год. 

    Кроме Григоровича, истребители под пушки Курчевского в1931-1936 годах делали в ЦАГИ под руководством Туполева  авиаконструкторы Сухой и Архангельский (АНТ- 23, АНТ- 29, АНТ- 31,   АНТ- 46), а также  Поликарпов (И-14). А на заводе № 38 в Подлипках под эти пушки вели разработку  своих опытных образцов самолётов (истребителей и амфибий) авиаконструкторы Лавочкин, Люшин, Шавров и Черановский. 

   1932-1935 годы были расцветом творческих сил Курчевского. Руководители страны И.В. Сталин и В. М. Молотов, а также другие военные и государственные деятели постоянно интересовались работами Курчевского и неоднократно присутствовали на испытаниях его орудий. И.В. Сталин  неоднократно встречается с  Курчевским, а 4 декабря 1933 года лично присутствовал на испытательном полигоне при демонстрации стрельбы его безоткатных орудий. В эти годы на вооружении  Армии  находилось несколько динамо-реактивных систем Курчевского. Энтузиазм и фантазия Курчевского были безграничными. К 1935-му году в различных стадиях разработки одновременно находилось более 10-ти типов его систем различного назначения и калибра (от 37 до 500-мм): АПК  калибром от 37 до 108 мм для вооружения самолётов; 37-мм  противотанковое ружьё 14-К (РК) и 76 мм пушка СОК для самоходной артиллерийской установки, полевые пушки калибром от 76 до 122 мм для стрелковых подразделений (лёгкая ротная мортира ЛМК,  батальонная пушка БПК и горные пушки ГПК); самоходные пушки и гаубицы калибром от 76 до 305 мм на мотоциклах, автомашинах, танкетке Т-27 и танке Т-26;  катерная пушка КПК и спаренные морские артиллерийские системы калибром от 152 до 305 мм для вооружения кораблей Военно-морского флота, а также железнодорожные артиллерийские системы на  50-тонной платформе калибром 203 мм и 305мм  для использования в береговой обороне.

 В 1932 году за создание новых типов артиллерийского вооружения армии Курчевский в числе первых советских граждан был награждён особой правительственной наградой — орденом Красной Звезды за номером 116!

Л.В.Курчевский после награжденияорденом Красной Звезды (Москва, 1932 год).

      Для испытания пушек Курчевского правительством был специально создан в 1932-1935 годах в Подмосковье действующий и в настоящее время Софринский испытательный полигон – огороженная территория площадью в 150 квадратных километров в районе Красноармейска.

     В декабре 1933 года приказом Наркома тяжёлой промышленности  Орджоникидзе для создания новых образцов орудий Курчевского и развёртывания их в производства вместо ОКБ № 1 ГАУ  РККА  в составе Наркомата было организовано Управление Уполномоченного по специальным работам. Вскоре передан в подчинение этого Управления построенный в Подлипках Государственный машиностроительный завод № 38, который располагался рядом с заводом  № 8. На должность Уполномоченного по специальным работам и одновременно руководителем нового закрытого  предприятия, получившего название  Государственный завод № 38, был назначен Л.В. Курчевский, наделённый широкими полномочиями.

Юрий Стюартович Хачатуров

Продолжение следует ….

Читайте также:

Добавить комментарий

Войти с помощью: