История квартала на Фрунзе – часть 2: Весь город – ансамбль!

20 февраля 2019 года Президент Российской Федерации поручил Министерству культуры РФ и Правительству Московской области обеспечить сохранение исторического центра г. Королёва и включить дома, связанные с жизнью и деятельностью конструкторов и ученых, создателей российской ракетно-космической техники, в реестр объектов культурного наследия.

В центре наукограда Королёва расположен квартал в границах улиц Фрунзе, Лесная, Циолковского, Карла Маркса, в котором жили основоположники ракетно-космической отрасли, выдающиеся деятели космонавтики, руководители города, почётные граждане. Это был первый квартал, построенный для наших специалистов ракетно-космической отрасли.

Во исполнение поручения Президента Королёвское отделение МОО ВООПИиК подготовило и направило заявление о включении в реестр объектов культурного наследия квартала, ограниченного улицами Фрунзе, Циолковского, Карла Маркса и Лесная. Заявление было составлено на основе научно-исследовательской работы, включающей в себя работу в государственных, муниципальных, частных и ведомственных архивах, сбор, анализ и систематизацию воспоминаний очевидцев. К сожалению, заявление ВООПИиК начальник ГУКН МО В.В. Березовская отказалась рассмотреть.

За время научно-исследовательской работы накопилось очень много интересных материалов, было совершено несколько открытий, найдены документальные подтверждения рассказов старожилов. Это вторая публикация о историческом квартале на Фрунзе, первая публикация, посвященная истории появления квартала и его назначения уже опубликована: История квартала на Фрунзе – часть 1

✦ ✦ ✦

«Можно ли себе представить, что те колоссальные бедствия, которые понесла наша родина, те потоки крови, которые пролиты лучшими нашими сынами за родину, останутся без влияния на творчество каждого из нас. Чудовищна сама мысль о том, что это может остаться без влияния на нашу работу»

– архитектор М.Я. Гинзбург, 1943 г.

Одна из самых основных задач послевоенного социалистического государства – восстановление разрушенных, разбитых фашистами городов. С этой целью в республиканские и областные столицы Союза направлены лучшие советские архитекторы. Монументальная архитектура в первую очередь городов-героев символизирует триумф победы в самой кровопролитной войне. При проектировании центральных улиц крупных городов республик и областей образцом новой архитектуры служит главная улица Москвы – улица Горького (ныне Тверская).

Улица Горького (ныне Тверская). Источник: Москва 1950-х в цвете

Архитекторами признается необходимость массового жилищного строительства, но очень часто массовость и проектирование монументов, отражающих настроение победителей противопоставляется. Нельзя, мол, одновременно строить архитектурно-выразительные здания и выдерживать темп массового строительства жилья. В том же августе 1943 г. на пленуме правления Союза Архитекторов с докладом выступает А.Г. Мордвинов, который вскоре возглавит комитет по делам архитектуры при СНК СССР, он раскрывает (или заказывает) настроение послевоенной архитектуры:

Аркадий Григорьевич Мордвинов
Источник: megabook

«Существует противопоставление массового строительства проектированию монументов. Массовое строительство, изволите ли видеть, не искусство, а монументы — это чистое искусство. Нет сомнения, что над монументами нужно работать, но такое противопоставление неверно и вредно. Строительство малоэтажных жилых домов — какая это благородная и вместе с тем благодарная задача, создать для человека уютное, теплое, красивое жилище, дающее ему радость жизни. Здесь тоже поэзия, но не пафос Победы, как монументы, а лирика. Эта лирическая поэзия рождена в любви к человеку, к народу».

Любовь к человеку стала главным принципом архитекторов, которые в 1942-1946 гг. разрабатывали серийные проекты малоэтажных домов. Для этого были созданы творческие экспериментальные мастерские Академии архитектуры СССР, руководить ими могли только действительные члены академии или членкоры Академии.

Через два месяца после окончания войны, в начале июля 1945 г., в Москве состоялось всероссийское совещание главных архитекторов городов. Оно открывалось докладом Мордвинова, в котором излагались 7 градостроительных принципов, имеющих фактически законодательный характер:

«….связь города с природой; наличие стержня города в виде центральной площади, главной улицы и привокзальной площади; концентрация крупных общественных зданий на решающих композиционных узлах города и их высокое архитектурное качество; ансамблевая и комплексная застройка жилых улиц; опрятность и светлость зданий; рациональное проектирование и осуществление инженерного оборудования города и беспрерывная борьба за высокое качество проектов и строительства».

На XIV Пленуме Правления Союза советских архитекторов СССР секретарь Правления Г.А. Захаров говорил:

«Мы должны предъявить главным архитекторам и всему коллективу архитекторов таких городов требование: бороться за ансамбль в городе, добиться проектирование ансамблями и проявить волю в реализации этих проектов».

К концу 40-х годов архитектура приобретает стилистические тенденции русского классицизма с преимущественной ансамблевой застройкой –  от памятников с богатым и монументальным декором, отражающим пафос победы – к более лиричной, человечной архитектуре, выражающей любовь к народу. Именно ансамблевость застройки становится характерной чертой послевоенных городов.

✦ ✦ ✦

В октябре 1945 года Государственное архитектурное издательство выпускает «Каталог проектов двухэтажных секционных жилых домов и общежитий». В каталоге помещены проекты жилых домов, утвержденные комитетом по делам архитектуры при Совете Министров Союза ССР для строительства в 1945 (а затем и в 1946-1949 гг.) в РСФСР, а также в других Союзных республиках, если они подходят к местным условиям.

Каталог проектов двухэтажных секционных жилых домов и общежитий

В каталог помещены проекты «Государственных архитектурных мастерских», «Техбюро Академии архитектуры», «Горстройпроект Минстрой предприятий тяжелой индустрии», «Архитектурно-проектных мастерских Министерства нефтяной промышленности восточных районов» и множество других архитектурных мастерских, в которых работали выдающиеся архитекторы XX столетия.

Архитекторы С.А. Маслих и М.Н. Слотинцева

В Архитектурно-проектной мастерской Востокнефти работали архитекторы Сергей Александрович Маслих и М.Н. Слотинцева. В 1948 г. по итогам Всероссийского конкурса на лучшие жилые и гражданские здания, выстроенные в городах и рабочих поселках РСФСР в 1948 г. Маслих и Слотинцева получили почётные грамоты за комплексное строительство двухэтажных домов в г. Березники. В том же году Маслих получил Орден «Знак Почёта», а чуть позже М.Н. Слотинцева стала заслуженным архитектором РСФСР. Их 16-квартирные дома активно использовались при восстановлении городов СССР.

Д.С. Меерсон и С.П. Селивановский

Ещё один творческий коллектив Дмитрия Соломоновича Меерсона (автор ряда жилых домов в Москве, проектов реконструкции Бухары, Грозного и др. гор.) и Сергея Петровича Селивановского (автор проектов послевоенного восстановления городов) работал в легендарном Горстройпроекте. Их проекты, включали в себя двухсекционный 12-квартирный дом, с простым щипцом в каждой секции.

И.В. Жолтовский и М.П. Парусников

В своё время именно «Горстройпроект» возглавлял Иван Владиславович Жолтовский – крупнейший архитектор, один из самых известных его проектов – здание Московского ипподрома, Центральная тепловая электростанция ГЭС-1 на набережной напротив Зарядья, дом на Смоленской площади, здание МГХПА им. Строганова на Волоколамском шоссе, центральная площадь в Калуге и множество других объектов. Его мастерская работала над такими проектами в конце 40-х годов. Двухэтажные дома Жолтовского имеют много общих черт с проектом его ученика – Михаила Павловича Парусникова – после войны он проектировал и застраивал центры Минска и Брянска. В каталоге двухэтажных домов в те годы член-корреспондент Академии архитектуры М.П. Парусников представлял Государственные проектные мастерские, предложив свой проект – двухэтажный 8-ми квартирный дом с эркерами с одной стороны и деревянными балконами на поддерживающих кронштейнах с другой.

✦ ✦ ✦

В это же время перед инженерами и архитекторами Государственного союзного проектного института №7 при Министерстве вооружения СССР стояла трудная задача: подготовить проект и полную комплектацию документации для восстановления цехов Завода №88, проект строительства новых цехов, имеющих специфические требования для эксплуатации, а также проект строительства жилого квартала №23 в городе – гражданского сооружения.

Над первым схематичным проектом строительства квартала работал архитектурно-строительный отдел №6 ГСПИ-7: Главный инженер проекта Фишмер, Начальник отдела Себекин, Руководитель бюро – Попов. Архитектором проекта был назначен Николай Григорьевич Рябцев – Старший архитектор ГСПИ-7.

Николай Григорьевич Рябцев

Николай Григорьевич Рябцев родился 22 марта 1904 года в г. Середина-Буда Сумской области Украинской СССР. В 1930 году окончил Московский Архитектурно-строительный институт по специальности архитектор гражданских сооружений. В период с 1933 по 1940 год Николай Григорьевич работал над следующими проектами: Лесной институт в Новосибирске, проект жилого дома Обкома и облисполкома в г. Челябинске (1935), Дворец Правительства Чувашской АССР (1934), Среднеазиатский хлопчато-промышленный институт в Ташкенте (1934), жилые дома в Тагиле (1935), Консервный комбинат в Климове (1938), образцовый проект Клуба на 800 мест для южных районов. С началом Второй мировой войны Николай Григорьевич работал над проектом промышленных зданий для строительства надводного флота.

Квартал №23 стал первым послевоенным проектом гражданских зданий для Николая Григорьевича. В 1947 году в период работы над проектом строительства квартала №23 у них с супругой Ольгой Васильевной родился сын – Андрей Николаевич Рябцев, также избравший профессию архитектора.

24 мая 1946 года проект строительства квартала №23 был согласован и назван объект в соответствии с наименованием в письме заместителя министра вооружения – Жилпосёлок, заказчиком выступил Завод №88.

Первый проект

Проектом 1946 года предусматривалось строительство 16 домов в две очереди строительства. Первая очередь предусматривала: восемь зданий типа №10, одно здание типа №6 (в плане угадываются черты здания авторства М.П. Парусникова, в квартале будет два таких дома), а также угловые дома (4 дома), два существующих одноэтажных деревянных здания и во второй очереди строительства – два здания, выходящих на парадную сторону квартала к ул. Сталина (ныне Циолковского). Тип №10 и тип №6 пока не определен.

Первый проект строительства квартала – май 1946 г.

Почему же два дома по ул. Сталина выделены во вторую очередь строительства? Для подобных послевоенных кварталов характерна застройка вдоль красных линий по всему периметру межмагистральной территории, а здесь мы наблюдаем отступление от типового решения. Центральная улица Калининграда названа в честь «вождя народов», и архитектура зданий на этой улице не могла не иметь характерных для того периода монументальных черт. Всё-таки главная улица города.

Улица Циолковского, вторая половина 60-х
Источник: pastvu

Ещё одна причина: модуль квартала со стороны ул. Сталина протяженный – 200 метров, длинное здание или множество зданий друг за другом создало бы ощущение монотонности улицы. Решение строительства двух домов по южной стороне в центре с обустройством скверов на перекрестах позволяет визуально разрезать модуль на три части, тем самым, создавая динамичный фасад парадной улицы: сквер – дом – дом – сквер. Несмотря на доработку проекта в 1946 – 1947 гг., принципы, которые заложил Николай Григорьевич Рябцев в планировку второй очереди строительства были реализованы (см. раздел статьи про Л.П. Гулецкую).

До строительства квартала улица Лесная не существовала. Новую трассу было предложено проложить от ул. Калинина вплоть до Акуловского водоканала, но реализована только одна часть – от улицы Карла Маркса до улицы Фрунзе. Появление новой улицы соответствовало градостроительной политике, которую в декабре 1943 года определил Всесоюзный староста М.И. Калинин в статье «Большая общенародная задача» в газете Известия:

«…Врагом, причинены нам огромные разрушения. Некоторые города, как, например, Сталинград, почти полностью уничтожены, и их придется заново отстраивать. И вот невольно возникает вопрос – как строить.

Можно ведь просто возводить здания на основе старой их планировки, а можно произвести их перепланировку. Нам кажется, что к этому делу должны быть приложены все творческие силы наших архитекторов и строителей и прежде всего должна подвергнуться пересмотру целесообразность старой планировки. <…>

Могут возразить, что новая планировка городов может сильно усложнить и даже задержать строительство и что это мероприятие довольно дорого обойдется. Вполне соглашаясь с этим, я все же думаю, что это необходимо сделать. Ведь города строятся на столетия, и поэтому особенно важна их целесообразная планировка».

Проектируемая улица Лесная должна была быть в три раза длиннее,
а стала подъездом к жилым домам.

В сформированную ещё при Перловых квартальную планировку Калининграда была включена новая улица Лесная. Почему Лесная? Дело в том, что к северу от новой улицы вплоть до дровяного склада (где сейчас Дом быта) сохранялся прекрасный лесной массив, где жители устраивали пикники и отдыхали в свободное время. В 60-е лес вырубили и построили кирпичные пятиэтажки.

Второй проект

План квартала с квадрокоптера, фото автора, 2019 г.

Для строительства квартала Николай Григорьевич Рябцев использовал проекты выдающихся архитекторов XX столетия, в том числе проект Михаила Павловича Парусникова – ученика архитекторов С. В. Ноаковского и И. В. Жолтовского. В середине 40-х годов Михаил Павлович разработал несколько образцовых проектов жилых домов для строительства городов после войны, в том числе проект, который использовал Николай Григорьевич Рябцев для фиксации центрального сквера в квартале. Использование этого проекта в строительстве квартала предполагалось с самого первого эскизного и «срочного» проекта и дошло до наших дней – Карла Маркса 15 и Фрунзе 14 – единственные дома в Королёве, построенные по проекту архитектора М.П. Парусникова.

Два дома Парусникова реализованы в Королёве – Фрунзе 14 и Карла Маркса 15

По фронту улиц Карла Маркса и Фрунзе построены здания, архитекторами которых являются Дмитрий Соломонович Меерсон и С.П. Селивановский. Дмитрий Соломонович в 1930-х—1960-х работал в «Горстройпроекте» (в 30-е годы Главным архитектором Горстройпроект был И.В. Жолтовский), затем – в ЦНИИЭП жилища. Автор ряда жилых домов в Москве, многочисленных проектов жилых зданий, проектов реконструкции Бухары, Грозного и др. городов. В Королёве по проектам Меерсона и Селивановского построено три дома – Фрунзе 8, 16 и Карла Маркса 9, в проекты двух домов внесены существенные изменения от проекта – Карла Маркса 13 и Фрунзе 12. Эти здания имеют схожие черты с проектом серии 202, только вместо одного эркера, здание имеет два, слуховое окно на крыше отсутствует, а декор переработан.

Шесть домов Меерсона и Селивановского реализованы в Королёве – Карла Маркса 9, 13 , 17 и Фрунзе 8, 12, 16

Угловые дома решены по проектам архитекторов Архитектурной мастерской Востокнефти С.А. Маслих и М.Н. Слотинцева. Они имеют отдельные выходы из квартир на первом этаже, а балконы образуют ризалит, что дает прекрасную угловую перспективу в сочетании с зеркально отраженным соседним зданием.

Восемь угловых домов Маслих и Слотинцевой реализованы в Королёве – Карла Маркса 7/12, 11, 19; Фрунзе 6/20, 10, 18; Лесная 14 и 18

Почему же архитектор квартала Николай Григорьевич Рябцев не использовал для строительства домов только проекты Парусникова?

Историк архитектуры С.Б. Мержанов так отвечает на этот вопрос: «Нет города или самого великого ансамбля, состоящего из одних шедевров. Всегда должен быть шедевр №1, который сопровождают здания менее выразительные и всё остальное вокруг – рядовая застройка, но она подчинена всей этой системе» … «Различная глубина проработки декора позволяет градостроительному ансамблю быть более разнообразным, более интересным для восприятия окружающей застройки».

Из описания квартала, подготовленного Анной Васильевой:

И в проектах зданий, примененных Рябцевым в застройке квартала, и в зданиях, выстроенных по проектам Л.П. Гулецкой применяются классические архитектурные детали. Профилированные карнизы, подоконные элементы и сандрики, рустовка углов, щипцы и фронтоны, круглые люкарны, мощные квадратные опоры террас и балконов с капителями были характерными элементами архитектуры послевоенного времени. Все эти детали помогают стилистически объединить квартал в единую композицию, подчеркивают ее классицистический характер и, вместе с тем, придают уют жилой среде, что было важным требованиям того времени.

Академическая ось симметрии квартала – одна из самых заметных черт планировки квартала. Так, центральный сквер делит квартал на две равные части – северную и южную. По оси детского садика «Ромашка» между домами Фрунзе 10 и Карла Маркса 11, а также дома 19 по ул. Циолковского.

Ось симметрии

Из описания квартала, подготовленного Анной Васильевой:

Ещё одним уникальным композиционным решением Н.Г. Рябцева было построение рисунка застройки по принципу подобных прямоугольников. Каждый из четырех углов квартала образован прямоугольными комплексами жилых домов, состоящими из нескольких корпусов. Таким образом, квартал стоит из четырёх микродворов. В центре квартала находится озелененное пространство для общения и отдыха жителей. Центр каждого комплекса, лежащий на пересечении малых планировочных осей, также представляет собой свободное прямоугольное пространство, но в контраст центральной открытой зоне, ограниченное жилыми корпусами. Таким образом, в каждом углу квартала создаются камерные дворики, способствующие более тесному соседскому общению.

Дворики квартала

Из архитектурного описания квартала, подготовленного Королёвским отделением МОО ВООПИиК:

В планировочной структуре квартала Николай Григорьевич Рябцев использовал два основных принципа формирования пространства. Первый принцип – «открытая перспектива» — организация сквозных функциональных связей (проезды и проходы), которые объединяют основные планировочные «узлы» квартала. Благодаря этому человек чётко ощущает границы квартала, в связи с чем у него никак не может возникнуть тревожного ощущения пребывания в некоем бессистемном пространстве. Широтный внутриквартальный проезд, одновременно служащий сквозным пешеходным проходом, условно делит квартал на две части – северную и южную.

Широкий внутриквартальный проезд

Второй принцип — «закрытые перспективы» — создание системы взаимоотношения камерных пространств, более соответствующих масштабу человека. Лабиринт небольших двориков с постоянными поворотами пешеходных дорожек и взаимоперетекающими пространствами также не способен создать у него тревожных ощущений, поскольку подсознательно он держит в уме масштаб квартала и систему его внешних связей. Сочетание двух названных принципов, учитывая общие габариты квартала, выполнено здесь весьма профессионально. Можно сказать, что квартал уподоблен некоему «городу» — с его проспектами, площадями, улицами и переулками.

Проезд к жилым домам

Восприятие квартала с улиц формируются не только архитектурой зданий, но и расстоянием между ними, которые образуют необходимые для восприятия композиционные паузы. Через них открывается перспектива на здания внутри квартала, тем самым создавая интересную для восприятия композицию.

Композиционные паузы между домами

Строительство квартала

Как мы помним, строительство квартала было решено провести в два этапа, в две очереди: застройка двухэтажными домами и детским садом и вторая очередь, включающая в себя парадное оформление улицы Сталина (Циолковского).

Парадный фасад квартала, обращенный на улицу Сталина (ныне Циолковского)

Первая очередь

В июне 1946 года в плане мероприятий для обеспечения работы по созданию ракеты А-4 (ФАУ-2) Минвооружения СССР обязало Министерство вооруженных сил выделить для работы на строительных объектах НИИ-88 два строительных батальона в две тысячи человек. В середине августа 1946 года по просьбе Министра вооружения Дмитрий Устинов Лаврентия Берия «в целях обеспечения работ по строительству производственных и жилых площадей НИИ-88»:

  1. Разрешил Минвооружения (Устинову) использовать на строительстве НИИ-88 военнопленных;
  2. Обязал Минвооруженных сил выделить (Хрулева) выделить из рабочих батальонов 2000 чел. Физически здоровых военнопленных для работы на строительстве НИИ-88.
  3. Поручил Министерству внутренних дел СССР (Круглову) организовать на указанный контингент лагерь военнопленных.
  4. Просил (?) Минвооружения (Устинову) подготовить необходимые помещения для размещения 2000 чел. военнопленных.

Об организации лагеря «спецконтингента» в Подлипках можно прочитать в статье «Подлипки-лагерные» Евгения Натарова. Из его нам известно, что в 1948 году лагерь пережил переорганизацию. Это подтверждается и документами ЦРУ США, которые в своих секретных документах пишут о возвращении в Германию большинства военнопленных в 1948 году.

15 – лагерь для военнопленных, опубликовано в статье ЦРУ в Подлипках

Местоположение лагеря из данных ЦРУ совпадает с местоположением другого лагеря, для советских граждан, попавших в немецкий плен. Лагерь для «наших» был официально расформирован в мае 1946 года, очевидно, именно на его базе был организован лагерь для пленных немцев. Об этом лагере писали Мария Миронова и Евгений Газов в статье «Спецлагерь в Подлипках».

Впрочем, национальность «спецконтингента», принимавшего участие в строительстве квартала доподлинно пока неизвестно. В документах используется термин «военнопленные» и «спецконтингент». Общественный деятель и житель квартала Валерий Аркадьевич Оголяр передавал рассказ старожила, который он услышал в молодости (60-е годы), по его словам, квартал строили не немцы, а венгры.

Проконвоирование военнопленных немцев через Москву, 1944 г. Источник: youtube

Краевед и житель дома №17 по улице Карла Маркса Борис Николаевич Подгорский рассказывал, что для строительства квартала изначально использовались военнопленные, а под конец, под внутренние работы в квартале уже наши отечественные заключенные.

Один из жителей квартала в 60-е рассказывал детям, что после работы, задерживаясь на улице, он общался с военнопленными и внимательно наблюдал за строительством квартала. Спустя несколько лет он построил уже свой дом, по тем же технологиям, что использовались при строительстве квартала.

Реализация первой очереди квартала началось в 1947 году. В конце 1947 года «в доме [Лесная 14] уже выложены стены подвального этажа, в котором уже работает центральная котельная для всего квартала №23», на 40% завершено строительство дома Фрунзе 16, на 24% дом №6/20, а дома №8 и №12 по Фрунзе к январю 1948 г. готовы на 100%.

Подвал дома Лесная 14, с 1947 года здесь была котельная. Фото автора, 2019 г.

Почти дома квартала построены из силикатного кирпича, два дома – Карла Маркса 13 и Лесная 18 – из красного кирпича. Перекрытия деревянные, из цельных бревен, в подъездах лестницы держатся на двутавровых балках, в двух двухэтажных домах они проходят и под ванными комнатами, и только в этом особенность домов Парусникова, в остальных домах ванные комнаты переделаны из санузлов уже жителями. На первых этажах в домах квартала предприимчивые жители выкопали погреб, где до сих пор хранят картошку. В квартале имеется одно нежилое здание – Фрунзе 12, здесь очень долгое время располагалась редакция газеты «Калининградская правда». Сегодня здесь расположены общественные и ветеранские организации Королёва.

улица Фрунзе, д. 12 – нежилое здание под общественные организации

Вторая очередь

В 1948 году в городе начала работать уже опытный к тому времени архитектор Любовь Петровна Гулецкая, именно ей поручено разработать генплан строительства города ракетчиков. Первый проект в Калининграде, который реализовала Любовь Петровна – оформление южной, парадной, стороны квартала №23. Первоначальный проект Н.Г. Рябцева подразумевал два крупных дома, создающие динамичный фасад центральной улицы: сквер – дом – дом – сквер, тем самым визуально разбив крупный модуль квартала дореволюционного дачного посёлка.

Гулецкая решила эту задачу с сохранением принципов, заложенных Рябцевым, но по-своему.

9 июля 1948 г. горисполком одобрил Генеральный план Калининграда, а уже 9 декабря 1948 года принято решение, имеющее решающее значение для архитектурного ансамбля квартала №23:

«Архитектурное оформление нового строительства по ул. Сталина согласовать с общим оформлением ведущегося строительства на этой улице». Любовь Петровна с блеском выполнила эту задачу, создав общее ансамблевое решение квартала.

Во-первых, Гулецкая решила строить не два дома по улице Сталина, а три. Сергей Борисович Мержанов подмечает:

«Прежде всего при таком решении при таком решении увеличивается количество квартир. Кроме того, и это принципиально – Л.П. Гулецкая, учитывая расстояние между улицами, нашла наиболее удачное композиционное решение, впоследствии повторенное ею при проектировании соседних кварталов: три дома между улицами с фиксацией углов объемами зданий».

Проект №1 и проект №2

Во-вторых, чтобы три дома не стояли на красной линии улицы сплошной стеной, создавая у пешеходов неприятные ощущения монотонности городской среды Любовь Петровна утапливает центральный дом вглубь квартала, создавая курдонер – сквер перед центральным домом композиции (Циолковского 19), а также создает ритмический ряд балконов и прямоугольных эркеров, обращенных на центральную улицу.

Прямоугольные эркеры и балконы создают динамичный фасад домов на улице Циолковского. Фото автора, 2017 г.

Так вместо ритма сквер – дом – дом – сквер появляется другой ритм: дом – сквер – дом. В торцах угловых домов, обращенных к курдонеру, Гулецкая проектирует портики, пространство между которыми решено в форме просторных лоджий. Эта заметная отсылка к архитектуре двухэтажных домов не применялась больше ни в одном из проектов Любови Петровны в Калининграде, став чертой её первого проекта.

В-третьих, Гулецкая элегантно решила проблему и с переходом от двухэтажных домов к своим более поздним пятиэтажным творениям, запроектировав дома второй очереди квартала разноэтажными (3-4 этажа), она визуально сгладила резкий переход от двухэтажных домов к пятиэтажным. Трёхэтажные объемы угловых зданий она вынесла вглубь квартала, таким образом, сохранив плавное повышение этажности внутри квартала.

В-четвертых, Любовь Петровна сохранила преемственность архитектуры двухэтажных домов. Кроме вышеупомянутых лоджий Гулецкая использовала приемы декоративного решения фасадов: щипец, который Меерсон и Селивановский предусмотрели в проекте дома №17 по Карла Маркса и №16 по Фрунзе, Любовь Петровна использовала в домах №17/21 и №21/20 по Циолковского.

Бриллиантовый руст, ставший прекрасным оформлением фасада дома №17/21, является своеобразным откликом на рустованные поверхности фасадов более ранних зданий квартала – Карла Маркса 9, 15; Фрунзе 8, 12, 14, 16.

Уже на пенсии в 80-х годах Любовь Петровна рассказывала историку архитектуры Сергею Мержанову о людской молве, которая гласила, что архитектор дома №17/21 в рустованном угле дома иносказательно изобразила ракету. И правда, обладая определенной фантазией, в щипце и балконе можно усмотреть саму ракету, в кронштейнах – аэродинамические стабилизаторы, а в бриллиантовом русте – клубы продуктов сгорания ракетного топлива. Гулецкая пояснила, что такого глубокого символизма она в архитектуру дома намеренно не вкладывала.

Ракета в архитектуре фасада дома №17/21. Автор иллюстрации – Марина Косарева.

Ещё один прием, который использовала Любовь Петровна для многих жителей оставался загадкой: почему фасад дома №17/21 по улице Циолковского оштукатурен, а со стороны улицы Карла Маркса дом сохранил свою неоштукатуренную кирпичную кладку? Ведь дом-«близнец» №21/20 оштукатурен со всех сторон, а построен на два года позже, так что дело точно в недостатке штукатурки. Это парадоксальное, на первый взгляд, решение – архитектурный прием Гулецкой, связывающей неоштукатуренный фасад двухэтажного дома №17 по Карла Маркса и трехэтажное продолжение дома №17/21. У дома №21/20 соседние двухэтажные дома полностью оштукатурены.

Авторский надзор за первой очередью строительства осуществлял уже не Николай Григорьевич Рябцев, а Любовь Петровна. С этим связан забавный случай: руководство НИИ-88 попросило повлиять Гулецкую на строителей квартала, чтобы они быстрее заканчивали работу и дома могли уже заселять. Любовь Петровна подошла к тому рабочему, который лучше всех прочих говорил по-русски. Им был усатый немец с внешностью и показным поведением барона. В ответ на вопрос Любови Петровны: «А можно ли ускорить строительство?», «барон» поморщился, и с характерным акцентом ответил вопросом на вопрос: «Фрау, Вам надо кхарошо-кхарошо или бистро-бистро?».

Строительство всех двухэтажных домов было окончено к весне 1950 года. Строительство домов второй очереди продолжалось с 1950 по 1953 год вольнонаемными рабочими, труд заключенных и «спецконтингента» уже не использовался.

Ванные комнаты, высокие потолки, арочные окна, открытые балконы, прямоугольные эркеры – всё это предусмотрела Гулецкая в домах второй очереди строительства. Отдельно стоит сказать и про большие подвалы, которые должны были послужить нуждам гражданской обороны, в них до сих пор сохранились стальные двери с массивными запорными устройствами. До 2014 года на фасадах домов со двора у каждого подъезда можно было увидеть таблички с вместимостью подвальных помещений.

Башенка на углу дома 17/21 по ул. Циолковского была возведена в соответствии с правилами строительства того времени в военных целях, однако, жители, по словам краеведа и жителя квартала Юрия Дмитриевича Сороколетова, придумали ей бытовое назначение — в башенке собирались сделать первую общественную телеантенну. Внутри башенки было проведено отопление, так как для элементной базы того времени — вакуумных ламп — требовался определённый температурный режим, но антенну так и не установили. В последующие года дети смотрели с башенки московский салют, так как она была самым высоким местом в городе вплоть до строительства «сталинских» домов ближе к парку.

«Домик Карлсона» в 2017 году.

В ноябре 1950 года Исполком Калининградского городского Совета депутатов трудящихся Мытищинского района, отмечая высокое качество строительства дома №19 и большую проделанную работу по благоустройству квартала, – утвердил строительство квартала № 23 кандидатом на Республиканский конкурс на лучшую стройку 1949-1959 гг.

В последующие годы Любовь Петровна Гулецкая проектировала исторический центр города: «Сталинки» по ул. Циолковского, «Черемушки» на ул. Гагарина, дома на улице Грабина, стадион «Вымпел» и дом на Вокзальной площади с универмагом «Заря» на первом этаже. В «Заре» Любовь Петровна с семьей прожила до своей смерти в 2002 году.

Жилой дом с универмагом «Заря» на первом этаже. Источник: pastvu

Ещё при её жизни среди профессионального сообщества ходили слухи, что два дома на Октябрьской построены тем самым архитектором Парусниковым. На деле же в Королёве действительно реализовано два проекта Парусникова, но в соседнем квартале. Когда Любовь Петровну спросили об авторе проекта она пришла в замешательство: «Я даже не знаю расстраиваться мне, ведь мой проект приписали другому архитектору, или радоваться, ведь мой проект сравнивают с проектами самого Парусникова!».

Проекты домов крупных архитекторов XX столетия в сочетании с академическими градостроительными решениями, с уникальными мемориальной и исторической ценностью позволяют кварталу №23 полноправно претендовать на статус объекта культурного наследия, не только как памятник истории, но и как памятник архитектуры – прекрасной лирической архитектуры второй половины 40-х годов XX столетия.

Николай Григорьевич Рябцев

Николай Григорьевич Рябцев продолжил работу над промышленными объектами, жилыми кварталами в Тушино (не сохранились), специализированными инженерно-лабораторными корпусами и конструкторскими бюро. В 1956-1957 гг. командирован в Пекин, оказывал техпомощь в проектировании гражданских и промышленных зданий. В 1975 году Николай Григорьевич ушел на пенсию, умер в 1992 году.

В построенных домах квартала НИИ-88 и горисполком выделяли квартиры и руководящим, и молодым, и рядовым специалистам, которые «ковали ключи и замки наших границ». Но об этом мы поговорим в следующей статье.


Огромная благодарность за неоценимую помощь и содействие сборе материала, подготовке этой статьи инженер-реставратору и эксперту ГИКЭ Алексею Леонидовичу Кучееву, историку архитектуры Сергею Борисовичу Мержанову, старшему научному сотруднику НИИ теории архитектуры и градостроительству Анне Васильевой, сыну архитектора квартала Андрею Николаевичу Рябцеву, иллюстратору Марине Косаревой и всем тем специалистам, которые помогали в научно-исследовательской работе, но которых по разным причинам мы пока не можем упомянуть.

Источники:

  1. Ю.Л. Косенкова. «Советский город 1940-х – первой половины 1950-х годов: от творческих поисков к практике строительства. Изд. 2-е дополненное. – М. Книжный дом «ЛИБРОКОМ», 2009 г.
  2. Р. Позамантир, С. Мержанов, Л. Бондаренко, Ю. Сороколетов. «Калининград-Королёв. Полвека, ставшие эпохой: Т2» – М. Московский журнал. История государства Российского, 512 с.
  3. Заявление Королёвского отделения МОО ВООПИиК о включении в Единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации ансамбля «Архитектурный ансамбль жилых домов для ученых и конструкторов – основоположников ракетно-космической отрасли в СССР», середина ХХ в., арх. Н.Г. Рябцев, Л.П. Гулецкая».
  4. Различие статьи С.Б. Мержанова в газете «Калининградская правда», «Неделя в Подлипках».
  5. Статья подготовлена на основании архивных документов из муниципальных, государственных, ведомственных архивов.

Читайте также:

1 комментарий

  1. Спасибо за такую очень интересную информацию. Всегда восхищалась этими домами. А теперь так подробно узнала про архитекторов. Какие лица у этих людей. Этим все сказано, какие лица, такая и архитектура.
    Большое спасибо автору.

Добавить комментарий

Войти с помощью: